Шел 1929 год. Героическая пора, когда в величайшем напряжении сил страна воздвигала первые цитадели социалистической индустрии. Но особой заботой и любовью окружил народ стройки около горы Магнитной и под Кузнецком.
«Под контроль общественности — все заказы для Магнитостроя!»
«Вся страна должна строить Магнитку и Кузбасс! Добровольцы — на стройку!»
Изо дня в день требовали, повторяли, напоминали об этом крупные строчки на газетных листах.
Тамбовский комсомолец Виктор Калмыков, вместе с первой партией молодых строителей, ехал к будущей площадке гиганта металлургии.
Суровые Уральские горы тянулись за окнами вагона, потом потянулись такие же суровые уральские степи. В 147 километрах от Магнитки, на станции Карталы остановился поезд. Дальше железной дороги не было. Здесь разгрузился первый эшелон. Его уже ожидали подводы. Обоз в полторы тысячи лошадей двинулся в путь. Он вез людей, продовольствие и инструмент.
Долгим был путь по зимней уральской степи. Дорогу для обоза прокладывали люди. Они шли, утопая в снегу по пояс. Но люди шли. Казалось, не было конца этому пути. Никто не отстал, не струсил. Десятого марта обоз прибыл к горе Магнитной. Здесь у подножия и на ее склонах разместился первый палаточный городок.
Здесь же через несколько дней секретарь ячейки Миша Мокрицкий открыл первое комсомольское собрание.
Минула зима с ее заносами, с ее ледяными ветрами, пришла короткая уральская весна. Ожила, преобразилась степь.. Артели рабочих — плотников, землекопов, каменщиков, бетонщиков — с кирками, лопатами и топорами приступили к земляным работам, к возведению первых домов и бараков, — началась планировка заводской площадки.
18 мая первые взрывы аммонала возвестили о начале вскрышных работ на горе. Вспыхнула первая электрическая лампочка, заработал первый электромотор, первый насос подал строителям воду.
С каждым днем все учащеннее бился пульс жизни строительства, все мощнее начинала звучать симфония труда. Все новые и новые звуки вплетались в нее: то заработала первая бетономешалка, то сжатый воздух вдруг со свистом вырывался из шланга, то, вгрызаясь в каменную почву, заскрежетал стальными зубьями ковша первый экскаватор.
Тридцатого июня 1929 года впервые раздался паровозный гудок. В этот день к подножию горы Магнитной прибыл первый поезд. По вновь проложенной железной дороге Карталы — Магнитогорск привел состав машинист паровоза ОД-1081 комсомолец Николай Семенов. Торжественно и победно прозвучал этот гудок, возвестив о большой победе строителей. Никогда не забудут этого исторического события первые строители Магнитки. Они помнят, как вместе с ними встречать поезд собрались сотни людей, приехавших на лошадях, волах и верблюдах из казачьих станиц и башкирских аулов за десятки километров.
По новой стальной магистрали днем и ночью со всех концов страны шли поезда с добровольцами стройки. На вагонах были наклеены плакаты: «Товарищ, тебя ждет Магнитострой!». Партия и комсомол посылали на Магнитогорскую площадку лучших своих сыновей и дочерей. Ехала сюда молодежь со старых уральских заводов, заводов Юга, из славных пролетарских центров — Москвы, Ленинграда, Тулы и Сталинграда. Вот один из документов, свидетельствующих о страстном стремлении многих советских людей стать членами дружной семьи магнитогорцев.
«Магнитострой.
Директору мирового гиганта
Я — ударник. Имею даже премии за хорошую работу, желаю буксировать Магнитострой, прошу Вашего распоряжения прибыть на мировой гигант.
Ответа не пишите, потому что наша бригада снялась с Москвы и едет до Вас.
Отказавшись от спокойной, благоустроенной жизни в большом городе, приехали в зауральскую степь студенты-выпускники Елена Джапаридзе, Василий Абраменко и многие другие их товарищи. Комсомольцы Сталинграда послали в Магнитогорск лучшую бригаду арматурщиков Леонида Шишмакова. Хабибула Галиулин — лучший в стране бригадир-бетонщик — приехал в Магнитку со своей бригадой, состоявшей из земляков, крестьян одного из районов Татарской республики. Из Донбасса прибыла бригада Семена Лисогурского, из Ростова-на-Дону приехал молодой экскаваторщик Кузьма Полухин. Загорелось сердце путиловца Василия Чернышева — и он решил сменить профессию металлиста и стать строителем. Так поступили и его товарищи из Ленинграда. Группой почти в 100 человек они записались добровольцами на стройку Магнитогорска.