Через несколько дней в редакцию газеты «Магнитогорский комсомолец» пришло письмо от отца Крутикова.
«Я потерял старшего сына. У меня нет слов, чтобы выразить свое горе. Но Михаил принял героическую смерть. На его место я посылаю своего младшего сына. Пусть он выполнит то, что не успел сделать его старший брат».
Как на фронт, в бой на трудные задания отправлялись молодые строители Магнитки. Сохранилось такое заявление, написанное бригадой монтажников в постройком комсомола:
«Мы на штурм не хотим идти беспартийными.
Мы, молодежная бригада монтажников Кипенко, обсудив последние сроки пуска первой очереди коксохимкомбината, заявляем, что производственный план мы перевыполняем систематически, работая без выходных дней, ежедневно по 15—19 часов. Такие темпы обязуемся держать вплоть до пуска.
Подарок к пуску коксохимкомбината устанавливаем бесплатно и сверх нормы трубы. Седьмую комсомольскую батарею коксовых печей мы закончим в кратчайшие сроки.
В последний решительный бой мы не хотим идти беспартийными. Мы коллективно, в количестве 18 человек, вступаем в комсомол.
Борисов, Бокутов, Растопов, Партизанов, Крестянников и другие».
Прославившуюся на строительстве плотины бригаду Виктора Калмыкова перевели на коксохим. И здесь она бралась за решение трудных и, казалось порой, неразрешимых задач. Однажды бригада получила новое задание — за 129 часов поднять газопровод длиной 67 метров. Комсомольцы собрались, обсудили вместе, как лучше выполнить эту работу. Решили газопровод склепать и собрать на земле, а потом поднять его сразу. На это потребуется только четыре часа.
Об этом почине бригады Калмыкова появились заметки в газете, среди монтажников начались разговоры.
— Как? Калмыков хочет сразу поднять газопровод? Да это же рискованное дело!
— За рекордами гонится. Узнал, что никогда так никто не делал, вот и решил покрасоваться… — говорил кое-кто.
Калмыков знал, что взял на себя большую ответственность. Не без волнения все это переживал он. А взвесила ли его бригада все свои силы и возможности? Не сорвется ли?
Хотя бригадир и был уверен в своих силах, но все же решил посоветоваться в партийном комитете. Когда он зашел в кабинет к секретарю, тот встретил его приветливо.
— Ну, как дела?
— Посоветоваться решил с вами, — сказал Калмыков.
— Давай говори.
— Дело мы большое затеяли, все рабочие обсуждают наш риск. Все равно теперь пути к отступлению отрезаны. Остается одно — ломись напролом. Понятно? Умно рисковать всегда нужно, риск, как говорят, благородное дело.
И они вдвоем обсудили самые малые детали предстоящей работы.
Бригада стала срочно готовить мачты лебедок. С утра начали собирать газопровод на земле, все звенья его подготовили плотно и точно, а затем приступили к подъему. Как и предполагала бригада, всю работу выполнили за четыре часа. Газопровод был поднят.
На другой день по всей стройке разнеслась слава о трудовом подвиге бригады Калмыкова. А ведь это был далеко не единственный подвиг бригады! Получив задание спустить в котлованы резервуар для воды за 40 часов, бригада спустила его за четыре часа. Месяц давали на то, чтобы закончить конденсор, а выполнили эту работу за десять дней.
Все помнят на стройке забойщика Семена Лисогурского. Он приехал в Магнитку в 1929 году, оставив поля Украины. Начал он работать здесь каменоломщиком на 14-м участке, а затем его назначили бригадиром. На горе Атач велась тогда подготовка к пуску рудника. 75-я шахта Атача стала местом работы Лисогурского. Трескучие морозы не испугали молодого горняка. Он возглавил комсомольско-молодежную бригаду. Пустая порода вскрывалась, обнажая сплошной массив драгоценной руды. Эшелоны вагонеток сползали со склонов горы. Там, вверху, комсомольцы докапывались до основного рудного массива. Лисогурский учился сам и обучал мастерству свою бригаду.
Накануне пуска рудника состоялся комсомольский субботник. Перед тем, как идти на работу, в раскомандировке собралась бригада.
После короткой беседы комсомольцы пошли на субботник. Бригадир Лисогурский установил новый магнитогорский рекорд, выдав за смену 12 вагонеток руды, вдвое больше нормы.
Из маленькой захолустной деревни Быстримовка, Петропавловской области, в начале строительства Магнитогорского комбината приехал Гриша Мурзаев. Его поставили вначале сборщиком в бригаду Киселева, работавшую на монтаже доменных печей. Работа незнакомая. Но бригада Киселева была лучшей комсомольской бригадой на участке, и Гришу сразу же взяли «на буксир». Вскоре он стал бессменным владельцем ударной карточки, так как перевыполнял производственные задания. Вскоре Мурзаева перевели в бригаду сборщиков-такелажников, которой руководил Кульков. Однажды бригаде было поручено поставить за смену трубу холодного дутья для домны № 3. Давая это задание, прораб Цветков знал, каких трудов будет стоить бригаде этот приказ. Но сделать это нужно было: без трубы холодного дутья задерживался дальнейший монтаж. Хоть и работали в этой смене с двойным напряжением и больше обыкновенного, но выполнить задание все же не смогли. Поздно вечером, не закончив установку трубы, бригада разошлась. Около монтируемой трубы остался лишь один бригадир Кульков. К нему подошел Гриша Мурзаев.