В один из жарких дней месяца Звездной Пыли Феллиния играла в парке со своей годовалой племянницей Миатой, пока что единственным ребенком ее брата Ромерика. Они валялись на коврике в тени большого дерева, а камеристка Лисси и няня девочки сидели на лавке поодаль и болтали. Эдилан в то время должен был быть в каком-то походе вместе с другими боевыми магами, поэтому Феллиния очень удивилась, увидев, что он приближается.
— Ты что здесь делаешь? — Феллиния радостно улыбнулась, завидев любимого. Они давно уже общались на «ты», когда их никто не слышал.
— Соскучился, — подмигнул Эдилан и опустился рядом с Феллой на коврик. — А вот с этой юной леди я еще не знаком.
— Это дочка Ромерика, Миата.
— Она, вроде, не очень на Ромерика похожа, только зеленые глаза, как у него.
— О, Миата вся в Дафию, свою мать. За исключением глаз, разве что, — Феллиния улыбнулась и прижала к себе девочку, целуя в макушку. Она любила свою маленькую племянницу и часто проводила с ней время.
— Я думаю, из тебя выйдет отличная мать, — Эдилан снова подмигнул Феллинии и та зарделась от смущения. — Я должен идти, я всего на минутку зашел. Нужно отчитаться перед главнокомандующим, но вечером жди меня. Я приду к тебе, когда стемнеет. Хочу кое-что сказать.
С этими словами Эдилан поднялся и, не дав Фелле ни о чем более его расспросить, удалился.
Весь остаток дня Феллиния провела в напряженном, волнующем ожидании. Ей не терпелось увидеть Эдилана снова и было любопытно, что он ей скажет. Неужели, наконец, признается в любви? Они часто проводили время вместе, определенно нравились друг другу — Эдилан оказывал ей явные знаки внимания. Но при этом он ни разу еще не сказал Фелле главных слов. И вот теперь этот намек — несомненно, разговор будет о любви.
Ночь накрыла столицу своей благодатной темнотой и прохладой, все вокруг затихло и успокоилось. Только Феллиния никак не находила покоя — Эдилан все не шел. Феллиния ворочалась в постели, она была не в состоянии заснуть. Накинув легкое домашнее платье поверх ночной рубашки, принцесса вышла на балкон. Звезды яркими огоньками рассыпались по темно-синему небу, напомнив Феллинии глаза возлюбленного. Они были такие же загадочно-синие с блестящими искорками внутри.
— Где же ты?.. — тихо произнесла Фелла, глядя в ночное небо.
В ответ на ее вопрос сверху послышался шум и мгновение спустя кто-то спустился с крыши прямо к ней на балкон. Феллиния едва успела охнуть, как ночной гость заключил ее в нежные, но крепкие объятия.
— Я тебя напугал, милая? — голос Эдилана окутал Феллинию теплом.
— Немного. Почему ты пришел так поздно? Что, если нас увидят?
— Я хотел поговорить с тобой с глазу на глаз, — Эдилан выпустил Феллинию из объятий и сделал шаг назад. — Я люблю тебя, Фелла, и я собираюсь завтра просить у Императора твоей руки. Ты хочешь этого?
— О, да, Эдилан, конечно, я хочу. Я тоже тебя люблю! — воскликнула Феллиния и бросилась в объятия возлюбленного.
Ночь нависла над влюбленными, спрятав их от всего мира. Эдилан нежно коснулся губ Феллинии, боясь, что она оттолкнет. Но она только сильнее прижалась к нему, отвечая на его жаркие поцелуи. Время остановилось. Были только они одни на этом маленьком балкончике, а весь мир застыл где-то за невидимой стеной. Они не могли оторваться друг от друга, позабыв обо всем, и только прохладный ветер, лизнув их своим языком, смог ненадолго остудить пыл влюбленных.
— Мне нужно вернуться в спальню, уже поздно, — нехотя шепнула Феллиния на ухо Эдилану.
— Хорошо, иди, — горячее дыхание Эдилана обожгло шею принцессы. — Доброй ночи, Фелла. Завтра увидимся.
Эдилан отпустил возлюбленную и так же неожиданно скрылся, как и появился, спустившись по обвивавшему балкон винограду. Феллиния испуганно поглядела вниз, беспокоясь, не разбился ли ее любимый, но он помахал ей рукой и растворился во тьме.
Фелла еще какое-то время постояла на балконе, ловя разгоряченной кожей прохладные дуновения ветра, а потом вернулась в спальню.
«Он меня любит… Какая же я счастливая!» — с этой мыслью Феллиния сладко уснула.
2
В честь помолвки Феллинии и Эдилана Император Рэлливан устроил пышное торжество под открытым небом. В парке у дворца столы ломились от закусок и напитков, у стены замка расположился помост с музыкантами. Люди шумели, танцевали, искренне радовались за свою любимую принцессу.