Запрос в гугле «миллионер В. Э.» выдал 750 позиций. Вал почесал рукой седеющую голову. Многовато. Целую неделю нужно потратить, чтобы из 750 человек выявить одну кандидатуру. Бармен решил сузить круг поиска. Интуиция подсказывала, что он двигается в правильном направлении. Вал почесал бороду и принялся размышлять.
Интересно, а где сталкер разнюхал информацию об этом человеке? Бармен никогда не видел, чтобы Фанат пользовался интернетом. Новости политики и финансов не интересовали бродягу. Журналы листал с тётками. Подобное чтиво в большом изобилии водилось на базах группировок. Теоретически Фанат мог прочитать об олигархе в глянцевом журнале статью. Публикуют же в прессе интервью знаменитых людей. Значит, наш искомая личность не только богата, но и известна публике. По сути, «богатый и знаменитый» — слова-синонимы, ибо по жизни идут нераздельно. Есть деньги, о тебе обязательно напишет «Форбс».
Хм? Внезапно Вала осенила догадка. А что, если?..
Он сделал новый запрос в сеть.
Вал минут пять глядел в потолок, пока интернет снова заработает. И вот удача. Поисковик медленно, но ожидаемо, выдал результат. И всего две фамилии.
Виктор Этингер и китаец. Китайца бармен отмёл сразу же. А вот человек с фамилией Этингер привлёк гораздо больше внимания.
Как оказалось, «миллионер В. Э.» входил в первую сотню влиятельного издания с капиталом в 45 миллиардов долларов. Владел богатей акциями недвижимости, фармацевтики, автопрома, военными разработками. Так, так, так. Интересно.
Вал увеличил фото. На него смотрело типичное славянское лицо. И описание под ним: русский эмигрант-олигарх, живёт в Лондоне, не женат, детей нет, крайне нелюдимый тип. Затем шёл перечень достижений, владений, фото загородной виллы, яхты. Недурно устроился, с шиком. Также Википедия нашла интересную справку. Оказалось, существовали фонды Виктора, что выдавали гранты на исследования в различных областях физики, химии, медицинской фармакологии, микробиологии. На деньги Этингера были построены десятки экспериментальных институтов, которые разрабатывали лекарства для трудноизлечимых болезней, изучали вирусы и патологии. О связях Виктора с Зоной Отчуждения ни слова. Оно и понятно, особо никто афишировать не станет о тёмном бизнесе на про́клятых всеми богами чернобыльской земле.
Старик оторвался от планшета. От непрерывного чтения уставали глаза. А он ни на грамм не приблизился к разгадке. Возможно, он что-то упустил, ведь другие варианты не прорабатывал.
Бармен потёр уставшие глаза и продолжил читать.
Он прочитал два интервью, три статьи о Этингере. На глаза попалась любопытная вещь. В одном научно-популярном издании медицинского направления напечатали краткое интервью, посвящённое русскому. В нём эмигрант честно признавался о существовании неизлечимого недуга, с которым много лет продолжал бороться. Речь шла не о раке, СПИДЕ или болезни Паркинсоне. Виктор говорил, что не спит на протяжении десятка лет. Полная потеря сна без ущерба для здоровья.
Признаться, Вал остался разочарован исходом своих поисков. Олигарх не болел раком. И не мучил ВИЧ или Эбола. Он тупо хотел видеть сны. Тупее ничего и не придумаешь. И за это готов отдать тридцать миллионов баксов?
Похоже, Фанат не соврал. Невероятно! Он всерьёз собирался обменять «сонный камень» в обмен на деньги. Несомненно, Фанат искал информацию о нём, раз пронюхал о его существовании. Но в приведённом уравнении не хватало ещё одного звена. Где искать артефакт? В отрывке из дневника об этом ни слова.
Вал привстал, выпрямил спину, что невыносимо болела. Как-никак он старик, которому без малого шестьдесят лет. В Зоне редко доживают до преклонного возраста. Он дотянул и хотел бы покоптить небо ещё, выращивая помидоры на даче, рыбачить на озере и наслаждаться природой. А не в вонючем баре, в компании пьяниц, отморозков и бандитов. Стоило попытаться решить задачку покойника, особенно при нынешних обстоятельствах.
И вот на старый планшет пришло сообщение от Казимира, одного из сотрудников НИИТК.
«Вовремя», — подумал торговец и нетерпеливо сграбастал планшет.
Учёный не подвёл его:
«Я выяснил насчёт Фаната. Такой человек в нашей структуре не числился. Ни у нас, ни среди военных, ни среди людей „серых“. Может быть, он скрывался под другим именем и замешан в гибели профессора Игоря Семёнова, который работал на НИИТК. Он был найден мёртвым недалеко от института. Среди личных вещей у него пропала тетрадь с записями, и блокнот в кожаном переплёте. Охрана выяснила, что черновик украл некий Толя Резник, сотрудник института, который добывал для наших нужд „каменную кровь“ вместе с другими искателями. Резника объявили в розыск. Казимир».