— Нашёл. Здесь лодка, — проорал компаньону сталкер.
— Здорово!
Грешник второй раз за их вояж улыбнулся. Улыбка вышла искренней и тёплой.
— Иди сюда, у меня тоже есть сюрприз.
Айс послушно пошлёпал на место вынужденного привала. Бережно и аккуратно лейтенант Синдикат вытащил из-за пазухи сложенную в четверть миллиметровую бумагу и развернул её во всю красоту.
— Знаешь, что это?
— Карта Севера, — предположил Айс.
— Точно. Знаешь, кому она принадлежала?
Айс пожал плечами.
— Нет.
— Ее нарисовал Картограф!
— Картограф? Не слышал…
— Ну ты, блин, поколение пепси! Не слышать о Картографе! Так уж и быть, расскажу, только вначале вытащим лодчонку. Хрен знает, чему тебя обучали в лагере новичков, наверняка колбасы с батонами жрали, но не слышать о легенде Зоны… А пока давай посмотрим маршрут, друг! Завтра будет лучше, чем вчера! Север уже ждёт нас…
Они вдвоём склонились над ценной вещью. А в пяти метрах от них покачивалась на привязи старая лодка.
Бенёв встретил их недружелюбно. Сразу два псевдопса выбежали на них с близлежащих развалин и ринулись в бой. Пеппа с Сэмом дружно их пристрелили. Питюшин по запарке, слишком поздно среагировал на угрозу. Выслушав очередную порцию издёвок от бывшего уголовника, у Володи окончательно опустились руки и упало настроение. Хандрить не дал всё тот же вездесущий проводник.
— Придётся плот мастерить, — заметил он. Его решение все дружно поддержали.
Пеппа без перекура отрядил химика с бывшим «свободовцем» найти более или менее крепкий бревенчатый сарай, чтобы пустить тот на материал для плота. Им повезло. Такой появился недалеко от воды в пятидесяти метрах. На правах старшего Пеппа взялся руководить «интербригадой имени Питросяна», по едкому подколу. Вооружившись кусками труб, которые нашли ребята в соседних домиках, руками и даже невесть откуда взявшимся молотком, они принялись за работу. В респираторах сталкеры снимали со втулок ещё крепенький сруб, выкручивали, выламывая, сами втулки, на них насаживали обратно брёвна, и вдобавок попарно связывали их между собой прочной верёвкой. Её предусмотрительно захватил с собой Пеппа. Не забывали и о безопасности. То и дело бойцы поглядывали по сторонам на наличие мутантов, чаще — Пеппа, реже — его рабочая сила, которая пыхтя и потея с непривычки переносила с места на место нелёгкие брёвна. Спустя пару часов упорного труда плот был готов.
— Отдыхаем десять минут, — скомандовал старший. — Нам ещё тащить его до воды.
Обессиленные, Сэм и Питюшин тяжело плюхнулись на холодную землю. Каждый из них втайне мечтал придушить хамоватого наглеца за его «очевидность». Ну и за замашки на лидерство.
Пеппа, к удивлению попутчиков, молчал. Он смотрел на разлившуюся Припять. Три года назад проводник стоял на противоположной стороне реки и также вглядывался в даль, пытаясь заглянуть на правый берег. Но через настолько плотный туман он не мог разглядеть ничего, кроме собственного носа. Тогда впервые подумал, что неплохо бы переплыть реку, заглянуть за ширму закрытой территории. Знал ли сталкер, что спустя годы желание сбудется самым причудливым образом: окажется по ту сторону баррикад, и его глаза будут устремлены на спокойную гладь Припяти-реки. На Север, куда заключённый поклялся не возвращаться ни за какие шиши. Ирония? Да, чёрт её дери с такими шутками! Он снова в деле.
Думал сталкер и о сравнительно небольшом чёрном кейсе, припрятанный Питом втайне от остальных. Кажется, задание не такое простое, как казалось вначале. В этом чемодане, возможно, находилась главная причина экспедиции, её скрытый и секретный смысл. Приманка в 30 миллионов за редкий артефакт — туфта! Он выступал в роли второстепенного задания. Просто дополнительный приятный бонус, не более того. Кейс с эмблемой научного центра, какого именно он так и не рассмотрел, давал ответы на некоторые странности. Почему без Пита экспедиция обречена на провал? Зачем его включили в столь рискованную авантюру? Этот юнец изначально не собирался показывать им чемодан, и тем более, говорить, что в нём лежит. Похоже, его взяли для важного дела, для которого требовалась определённая квалификация. О, этот парень не так глуп, хотя и казался простачком. Правда, в дурных помыслах заподозрить его не мог. Не тот типаж. Это наивное дитя Зона не испортила. Он верил в людей, даже в такого прохиндея, как сам.
Пеппа покрутил головой. От его внимательных глаз не ускользала ни одна деталь. Придёт время, он узнает правду. Но не сейчас.
Бывший «свободовец» всё ещё не мог отдышаться. Курение давало о себе знать. Ну и аморальный образ жизни. Водка, бар, драки, постоянный риск, затяжная болезнь — всё это не делало его здоровее. Эх, сейчас бы завалиться в тёплую кроватку и поспать. Вместо одеяла с подушкой, он сидел на голой земле, дышал тяжёлым чернобыльским воздухом, и с трудом выносил шутейки скабрезного уголовника, что возомнил себя боссом. М-да.