— Нужно вбросить инфу в сеть с пометкой «срочно!». Опередим ботаников с НИИТКа, пусть лопнут от злости.
— Ага. Помнишь, мы разговаривали об аномальной силе этого шторма? Гипотеза о Сверхвыбросах подтверждается. Но его природа будет другой. Смотри график перемещений пертурбационных процессов. Я рассчитал по формуле силу скачок магнитного индукционного поля и отобразил преображение на графике. По оси игрек в 10 вечера энергетический бум достиг максимального значения. У нас сбоила электроника. Давление прыгнуло вверх. Но Сверхвспышке помешали излишняя солнечная активность и вихревые возмущения. И геотектонические процессы. Помнишь, землетрясение? Вышла накладка. Энергия квантов упала до стандартных 2–3 э/В. Произошла сильная буря, без значительного влияния на местность аномального катаклизма. Казалось, всё, стоп, superemission kaput. Нет, не конец. Вчера произошёл сбой или откат системы на более устойчивую ноосистему. Я назвал это редкое явление Ложным Выбросом. И сейчас опишу самое интересное наблюдение. Анализ собранных данных в Красном лесу, который находился в трёх километрах от эпицентра Falsch Emission, показал любопытную деталь. Ты помнишь, что при квантовом переходе освобождается огромное количество энергии. А теперь спроси, куда исчезла квантовая масса?
— Хочешь сказать, она зависла в «потенциальной яме»? — осторожно поддержал монолог немецкого специалиста Пит.
— Большая её часть. Она не могла исчезнуть вроде тумана над Припятью. Налицо закон сохранения энергии.
— Это громкое заявление, Анджей. Как я понимаю проблему, то вскоре произойдёт настоящий Всплеск.
— Да. Три — четыре, может, пять дней. Мало информации.
— Не говори никому. Нужны доказательства.
— Есть один вариант.
Когда Пит покинул немецкого френда, часы показывали пять утра. Он сделал себе чашку кофе, раздумывая, что предпринять дальше. Гипотеза Анджея попахивала научной фантастикой. Физик предлагал заново переосмыслить концепцию происхождения Выбросов и отвергал признанные достижения в области исследования по этой теме. И ещё просил найти новые данные, чтобы он мог доказать свою правоту. У него в голове не укладывалось, что герр Ракицки придумал грамотно обоснованную теорию за ночь. Неужели он пришёл к ней раньше, и лишь вчера огласил крамольную мысль? Надо же, как фишка легла. Однако бюргер прав. Кто-то должен провести исследование севернее Рыжего леса!
И этим человеком станет он.
Пит не откладывая разыскал Кречета. Тот мыл окровавленные руки с мылом. На полу по-прежнему сидел привязанный к стулу пленник. По опущенной голове тот дремал или делал вид.
— Кречет! Есть разговор! Выйди, пообщаемся.
— Давай на улицу.
Начальник охраны толкнул ногой Айсберга.
— Не уходи никуда. — сказал он и в связанные сзади руки насильно вложил в руки неудачнику свето-шумовую гранату. — Держи крепче. Иначе останешься глухим до конца дней.
Вдвоём они вышли на свежий воздух, прихватив по респиратору и тёплой куртке. А Кречет ещё и вооружился.
Утро встретило их лёгким ветерком. Подул он северо-западного направления, где двенадцать часов назад стоял плотный, густой туман. Теперь они могли как следует оценить масштабы аномального шторма. В радиусе сто метров от них лежали поваленные деревья, разбросанные ветки, корни, сосновые иголки, камни. Байк Комара представлял собой груду искорёженного железа, смятые секции металлического забора говорили о страшной силе урагана. К тому времени система безопасности работала в полную мощь. Мануэль аккурат завершил настраивать сложную в техническом плане конструкцию. Кэп подозвал Дятла и Скримера, эту сладкую парочку, как говорили за спиной, и отправил ребят отдыхать.
— Кречет! Мне нужно увидеть место, где Айсберг разыскал тайник, — сказал тихо Питюшин. — Я так долго мечтал сделать нечто сто́ящее, и вот пробил час! Я не хочу упускать такой шанс.
— Мне по барабану. Нет.
— Пойми! Я не зря выбивал себе место на Севере. Не потому, что больше платят. Три года я «болею» им после того, как Фанат однажды у костра рассказал пару баек. Я тогда был молодым, наивным, но сейчас многое из сказок оказалось правдой.
— Ты всего лишь учёный червь, тебе не потянуть Север! — скептично ответил ему командир.
— Кречет! Стрелять я умею, различать аномалии тоже. С тобой или без тебя, но я уйду сам, найду людей, заплачу им. У меня есть сбережения, хватит и на оружие, и на проводников. Это моя мечта, я исследователь, а не обычный химик.
— Пит! Хватит. Я не пойду на это. Есть правила, которые…