Теперь он переплюнул самого себя. Одна маленькая невзрачная теория фантастического толка, которую Раскин решил однажды проверить, привела его на порог невероятного открытия. То, на что он замахнулся, могло вызвать переполох во всём мире и изменить баланс сил на планете. И пусть смелая задумка оставалась теорией, разросшейся до неприличных размеров с доказательной базой, фантастической сути не меняла. Бизнесмен и сам не верил в неё, считал дурной и бессмысленной, и даже опасной, и тем не менее продолжал действовать, привычно стараясь доводить до логичного конца незавершённые миссии. Разве это нормально, скажете вы? Любой успех зависел от веры в собственное предприятие. В его случае выходило наоборот.
Доказательства? Их полно́. Это он отправил Фаната на Север, намереваясь избавиться от него. Но проводник вернулся с отличными новостями, принеся результат в самом неожиданном месте. А кто распорядился построить модули во всей Зоне? Десять специалистов безуспешно отговаривали от очередного сумасбродного шага взбалмошного начальника. В итоге благодаря спонтанному решению (и огромному риску) они получили первоклассные материалы для будущих исследований и значительно приблизились к разгадке секретов Вселенной. По чистой случайности ему удалось завоевать расположение Этингера и выбить у него двести миллионов долларов на развитие корпорации. Он использовал один шанс из тысячи, чтобы втереться в доверие к этому недоверчивому русскому. Виктор рискнул — и позволил Раскину наладить бизнес, привлечь квалифицированных специалистов и организовать добычу «тяжёлой воды». И вот он находился на пороге очередной, беспрецедентной авантюры. Его скромную персону взяли в оборот спецслужбы трёх стран, чтобы отнять у него мечту всей жизни и уничтожить. А он по-прежнему шёл напролом. Кто он, если не сумасшедший самоубийца с манией величия?
Ему в голову пришла идея собрать всех участников Марлезонского балета и заставить их работать в его интересах. Он тщательно всё продумал и получил желаемый результат: все причастные в полном составе были в сборе. Кроме мёртвого Фаната. Впрочем, на него надежды Карл возлагал мало. Бесспорно, хитрый сталкер принёс много пользы: проник на неприступный Север, добыл нужную информацию, и фактически положил начало ответственной миссии, пока однажды не перестал выходи́ть на связь. Все подумали, что он погиб. Оказалось, курьер сменил имя, причёску, и проворачивал какие-то дела на Южных Болотах. Почему он так поступил, Раскин не знал. За семь месяцев отсутствия могло произойти многое: потеря памяти, алкоголизм, вербовка в секту, например. Отщепенец мог найти щедрого работодателя. Вполне вероятно, так как в приЗонье вовсю сновали ищейки ЦРУ, которые паслись околонаучных заведений. Учитывая количество свидетелей, неудивительно, что информаторы всех мастей побежали докладывать хозяевам обстановку. Скоро начнётся делёж шкуры неубитого кабана. Наверняка выпущенные пауки из банки попытаются выполнить тяжёлую работу чужими руками, устранив посредников и свидетелей. Ублюдки в костюмах не привыкли работать.
Хотя плевать. Если суждено сдохнуть, то это будет достойная гибель.
Карл Раскин с интересом разглядывал место визита. Вот оно, бывшее советское наследие. Потрескавшийся, кое-где просевший, асфальт радовал глаз. Построенное на совесть кирпичное здание цехов, рельсовая дорога, ведущая в огромные ангары. Когда-то на заводе кипела внушительная хозяйская деятельность. Теперь здесь нет ничего. Разруха и время вкупе с мародёрами понемногу уничтожали эти монументы советского величия. Пока же пустующие здания выполняли только одну функцию — укрывали путников от непогоды и давали кров. В ближнем крыле располагался бар, который действительно являлся точкой отсчёта для будущей экспедиции. Туда он и направлялся вместе со всеми этими джентльменами. Пессимист Питюшин, выдернутый из привычного ареала и уклада жизни, угрюмый «анархист». Имени его он пока не знал, но не зря Инженер его выделил и отправил с ним. И беглый зэк Пеппа. Самое слабое звено в команде. Будет неприятно, когда его придётся устранить. Другого проводника Раскин не знал, да и поздно искать, если заключённый не согласится добровольно влиться в общее дело. Карл предполагал, что будут и ещё люди. Так называемая третья сторона. Мистер Вал. Именно с ним он пытался поговорить.
Попутно вспомнилось досье на этого Вала. Умный оказался мужик и довольно предприимчивый, раз смог не только выжить в суровых реалиях, но и организовать бизнес под крылом Синдиката. Карл слышал, что Вала и наёмников связывали некоторые договорённости, касающиеся безопасности валютно-денежных отношений и поставок товаров первой необходимости. Отсюда и взаимовыгода обеих сторон. Всесильный торгаш платил по счётам, наёмники обеспечивали безопасность и крышевали «хлебную лавку». Ничего личного, как поётся в песне. Впервые о предприимчивом бармене Карл Раскин узнал от Фаната — пришлом сталкере-одиночке, который прибился к «серым» три года назад. Ветеран много чего интересного рассказал о тёмных делах бывшего босса, опустив разве что детали. Властный, жадноватый, честолюбивый — старикан никогда не упускал своего. Неудивительно, что именно к нему притопал покойный. Как-никак бармен умел держать слово, и отвечал за базар.