Думал сталкер и о сравнительно небольшом чёрном кейсе, припрятанный Питом втайне от остальных. Кажется, задание не такое простое, как казалось вначале. В этом чемодане, возможно, находилась главная причина экспедиции, её скрытый и секретный смысл. Приманка в 30 миллионов за редкий артефакт – туфта! Он выступал в роли второстепенного задания. Просто дополнительный приятный бонус, не более того. Кейс с эмблемой научного центра, какого именно он так и не рассмотрел, давал ответы на некоторые странности. Почему без Пита экспедиция обречена на провал? Зачем его включили в столь рискованную авантюру? Этот юнец изначально не собирался показывать им чемодан, и тем более, говорить, что в нём лежит. Похоже, его взяли для важного дела, для которого требовалась определённая квалификация. О, этот парень не так глуп, хотя и казался простачком. Правда, в дурных помыслах заподозрить его не мог. Не тот типаж. Это наивное дитя Зона не испортила. Он верил в людей, даже в такого прохиндея, как сам.
Пеппа покрутил головой. От его внимательных глаз не ускользала ни одна деталь. Придёт время, он узнает правду. Но не сейчас.
Бывший «свободовец» всё ещё не мог отдышаться. Курение давало о себе знать. Ну и аморальный образ жизни. Водка, бар, драки, постоянный риск, затяжная болезнь – всё это не делало его здоровее. Эх, сейчас бы завалиться в тёплую кроватку и поспать. Вместо одеяла с подушкой, он сидел на голой земле, дышал тяжёлым чернобыльским воздухом, и с трудом выносил шутейки скабрезного уголовника, что возомнил себя боссом. М-да.
А ведь три года назад, один человек предлагал ему похожее совместное предприятие. Они вдвоём выпивали крепко на базе «воли». Много чего рассказал любопытного этот бродяга. Говорил, что у него есть связи и помощь влиятельных людей, на которых работает, что знает, как пробраться на Север. Он с жаром рассказывал, что за Припятью находится некая аномальная область, где происходили удивительные вещи. Много мужик трепался, бо́льшую часть информации Сэм не запомнил, но суть повести сводилась к заработку огромных денег. Закончилась история предложением поработать с ним вместе. «Свободовец» тогда поднял его на смех, не поверив бредовым выдумкам, а рассказчик почему-то обиделся. Звали его Фанатом. Спустя три года Фанат умер. Его бред оказался правдивым на сто процентов! Послушай Сэм тогда этого чудака, глядишь, жил бы сейчас по-другому.
Бродяга сплюнул в траву. От сознания собственной промашки он сжал руки. Внутр его поселилась дрянь, что потихоньку убивала его. Пройдёт месяц, возможно, меньше, и он сдохнет, бесславно и безболезненно. Если только Сэм не найдёт искомый сонный камень. Его не интересовали деньги. Сталкер не хотел умирать сейчас. У него был один шанс из тысячи добраться живым на Север в одиночку. Но ему повезло. Экспедиция поможет ему дойти до нужного артефакта. Другого шанса ему не представиться.
Его спутники молча смотрели куда-то на реку. Не стал исключением и Пит. Он снял респиратор, в котором работал, и вдохнул полной грудью сырой воздух. Вот и северные территории! Предел мечтаний и грёз, если не наоборот. Они дошли до них, несмотря на страх. Было тяжело, но с каждым шагом станет ещё труднее. Он почувствовал себя пиратом, стоя́щим на паруснике в предвкушении грядущего сражении. Об этом он мечтал всю свою жизнь? Покорение новых земель, опасные приключения, встречи с людьми по ту сторону Припяти – и, наконец, неизученная Зона. Пеппа говорил в баре, что на Севере много загадок, и там действительно опасно. Так ли это?
Вернётся ли он назад? Странно, но Вова не сомневался в успехе. Он выживет назло всем злопыхателям. На него Раскин возлагает большие надежды. Тогда в вертолёте босс прокричал ему, что Вова будет стоять у истоков величайшего открытия, если всё получится. Возможно, истину его вклада в дело прольёт содержимое чемодана, куда он и не заглянул. Вал строго-настрого приказал не открывать ящик раньше времени и не показывать остальным членам отряда. Кроме Грешника. Но наёмник пропал с концами. Жив ли он, мёртв? Ему нравился этот тип. Харизматичный, неунывающий, со стальным стержнем внутри. На него он мог положиться, в отличие от остальных участников рейда. В глубине души Пит верил, что ветеран жив, и где-нибудь продирается по зарослям в километрах трёх от них, чтобы воссоединиться однажды с группой. Он должен вернуться, чего бы это ни стоило. И тогда Пит сделает свою работу.
Он обещает.
3.
К девяти утра бар уже вовсю функционировал. На первый взгляд, как раньше. Это лишь на первый взгляд. На калитке не стояли привычно знакомые рожи охранников. Хмурого Дика зарезали прошлой ночью, а Валет куда-то подевался. Вопреки всему, охранник не ушёл, он остался в баре, хотя Вал того полностью рассчитал. Просто околачивался неподалёку. По всему периметру территории несли вахту патрули фриков Синдиката с масками на лице. Отчасти из-за этого количество посетителей резко поубавилось. Никто не желал пойти под пресс мордоворотов в цифровом камуфляже. Раньше бар всегда считался нейтральной территорией, куда заходили все желающие. Ну и куда без слухов. Некто пустил новость, будто прежнего хозяина убил опальный наёмник, и теперь того за большое вознаграждение объявили в розыск.
За барной стойкой сидел Повар. Сам хозяин всё утро проводил в складских помещениях. Зачем, Одноглазый не знал. Его право. На месте начальника он готовил бы побег из Зоны. Этот тупой гангстер Хосдейл дал три дня, чтобы принести на прилавок голову Грешника, иначе последует расплата кровью. Но Вал не привык пасовать назад. Он пораскинет мозгами и сумеет вывернуться из сложной ситуации. Столько лет получалось, получится и в этот раз.
Послышались шаги. Помощник бармена поднял глаза и увидел Валета.
– Ты где шлялся, Валет? – воскликнул он, вскакивая с места.
– Тихо ты, услышат «синеглазые», у нас будут проблемы, – зашипел охранник Вала на собеседника. – Шарился по территории я. Люди многое базарят. Встретил своего старого знакомого, говорит, военизированный отряд «Чести» отправился к Красному лесу. Двенадцать штыков. Наёмники как ужаленные рыскают по заводу. Готовятся к чему-то. Меня едва пропустили сюда. Карантин устроили.
– Это из-за инцидента этой ночью? – прошептал Повар.
– Без понятия.
– Куда теперь пойдёшь, Валет?
– Потусуюсь здесь немного, там и видно будет. Пойду на Юг, или за Периметр махну. Начну новую жизнь.
– Правильно. Дело хорошее. Пиво будешь?
– Давай.
Повар поставил две бутылки «Карлсберг». Валет с грустью в глазах взял пиво и прошлёпал за угловой дальний столик, где когда-то сидел подонок, убивший Дикобраза. Кроме него, других клиентов не было. Вздохнув, Одноглазый потопал на кухню.
Спустя полчаса двери открылись и закрылись снова. Послышались весёлые смешки и уханье вперемежку с матом. Донеслись размашистые шаги вошедшего посетителя, отчего заместитель Вала поторопился вернуться за стойку. Краем глаза он обратил внимание, что Валет покинул бар.
К барной стойке подошёл ОН.
Высокий широкоплечий детина с банданой на голове, с огромными ручищами и покатым лбом. И всё бы ничего, но вошедший имел смуглый цвет кожи. Афроамериканец, мать его за ногу.
Помощник бармена вылупил глаза, не понимая, в чём подвох. Но гость не стушевался. Видимо, привык к подобной реакции:
– Ты! Водки мне налей. Двести грамм. И позови своего хозяина, – на чистейшем русском языке прогнусавил афроамериканец, и ткнул пальцем в сторону бутылок.
– Ты кто такой, нигер? – удивлённый Повар никак не ожидал подобной наглости от вошедшего ублюдка. В молодости он входил в ряды скинхедов, и оттого не жаловал публику с чёрным и карамельным цветом кожи.