Детина крякнул, перегнулся через парапет стойки и одной рукой схватил за грудки Повара. Затем ловко приподнял расиста сантиметров на тридцать, отчего невысокий помощник бармена повис в воздухе.
– Пусти, сука! – захрипел он, пытаясь руками достать лежащий на тумбочке заряженный обрез.
– Не вякай, таракан! Зови своего босса, пока я тебе бошку не расплющил, – флегматично пролаял афроамериканец и опустил Повара на земную твердь.
По инерции тот шмякнулся об пол, и сразу схватился за короткоствол, но его планы нарушил вошедший бармен.
– Я здесь, Азим. Тихо, не горячись. И ты, Вася, опусти обрез. Он не опасен, – вышел Вал навстречу посетителю с экзотичным цветом кожи.
Человек по прозвищу Азим, поднял руки:
– Я ничего. Вот твой помогатый – грязный расист. Я русский, родился в Киеве, так что пусть он закроет хавальник, пока я второй глаз не выбил.
Одноглазый грохнул на стойку обрез, отчего задребезжали бутылки на полках.
– Шлюхин сын…
– Вася, я сказал, хватит! – Вал злобно ударил кулаком по столу. – Выйди на воздух, протрезвей.
Раздосадованный помощник поник лицом.
– Пусть мне водяры нальёт сперва, – указал пальцем Азим на бутылку начатой водки. – Двести грамм. И после этого валит.
– Хорошо. Налей, что просит, – махнул рукой бармен, потирая ушибленную кисть от удара. Повар от души плеснул в здоровый стакан самого мерзкого пойла, что нашлось в баре, после чего бросил Валу в лицо грязное кухонное полотенце и ушёл к себе в комнату.
Бармен ждал встречи с человеком Рыбака. Он написал ему вчера, что отправит одного из своих далеко не лучших представителей человеческой расы. Хотя Вал просил того прислать, кого не жалко. Вот Рыбак и спровадил к нему «конченного». Определенно, чувство юмора у приятеля имелось. Правда, пока барыга не видел, в чем подвох. Типичный сталкер, только с рожей тёмной. Вон в Америке таких половина населения. И ничего. Живут.
Все его сомнения рассеялись, после того как русский негр сграбастал жадно стакан с пойлом, настолько мерзким, что даже дух ее вызывал рвотные рефлексы. В руках он держал целых двести грамм! Но тот и ухом не повел. Афроамериканец залпом опрокинул в себя стакан, даже не поморщившись. Будто воду выпил. Буднично и обыденно, словно делал это постоянно. И тут до Вала дошло, кого старый друг ему подсуетил. Типичного заправского алкоголика с необычной внешностью. Вот тебе и ирония!
Верзила тем временем вытер рот.
– У тебя есть для меня работа? – сказал он.
Вал кивнул.
– Иди за мной.
Они оказались вдвоём в кабинете Вала.
– Жди здесь, – усадил он за стол Азима. И бодро пошёл в подсобное помещение. Вернулся хозяин бара через три минуты. Его гость, который едва помещался в кресле, с наслаждением по-хозяйски поглощал вискарь, найденный в шкафчике.
– Хорошее бухло. Для себя брал, видно, – причмокивал толстыми губами афроамериканец.
Бармену не очень понравилась фамильярность, но поднимать шум из-за выпитого элитного алкоголя не стал. Хватало проблем на стороне, чтобы обращать внимание на мелочи.
– Вернёмся к делу.
Торгаш водрузил на широкий стол винтовку Драгунова. Туда же он присовокупил и винтовочных патронов.
– Держи «плётку».[ii] Обоймы тебе хватит. Застрелишь цель издали.
Азим допил содержимое стакана и поставил его на тумбу. Двумя пальцами он с омерзением подхватил армейскую винтовку, покрутил её в руках, осмотрел критично прицел и затворную часть.
– Эй, ты! Зачем мне это дерьмо! Ствол кривой, ржавая, да и прицел сбит. Можешь себе её в зад затолкать.
Бармен усмехнулся и развёл руками.
– Извини, другой нет. Кажется, ты работу искал? Ладно, поищу новых исполнителей.
Сидящий в кресле афроамериканец русского происхождения хмыкнул:
– Не парься, жлоб. Давай маслёнку тогда, и ветошь в придачу. Мог бы патронов отсыпать побольше.
– Закончились.
– А деньги у тебя не закончились? Кстати, чё платишь?
– Сколько ты хочешь, сударь?
– Пол-лимона. Долларов. – ответил, не думая, Азим.
Торгаш рассмеялся, громко и буднично.
– За полмиллиона я бы сам вышел на охоту. Миллион наличными. Рублей, – спародивал гостя повеселевший Вал.
– Триста тысяч баксов, – возразил ему Азим, и невозмутимо отпил глоток прямо с бутылки.
– За триста кусков я бы нанял отряд добровольцев. Я не благотворительность. Могу дать двадцать тысяч долларов. Хорошие деньги.
– Мало. Сто кусков давай.
– Ты меня обираешь. Ладно, воля твоя взяла. Красная цена тридцать штукарей, ящик водки, ведро селёдки и право на безлимитную выпивку в моём баре.
– А не пошёл бы ты на хрен? Я за так дёшево не работаю. Ты предлагаешь мне отправиться на левый берег Припяти, найти одного человечка, грохнуть его и вернуться. Это опасная работа! Восемьдесят тысяч, не меньше.
– Накину пять кусков за смелость. Десять штук на руки прямо сейчас, остальное – после работы. И больше никаких торгов.
Смуглый великан пожевал губами, подумал.
– Хрен с тобой, идёт. Так как зовут твоего клиента?
– Грешник. Бывший лейтенант отряда «бетта» Синдиката. Убей Грешника, и я тебе заплачу. Не подведи меня, сынок. Бутылку оставь себе… Сейчас тебе фотографию дам.
Азим перелил водяру в пластиковые бутылки, закидал их в огромный баул. «Джим Бим» он заботливо спрятал в металлическую фляжку, которую почётно затолкал в нагрудный карман камуфляжной куртки. Помимо пойла, он выцыганил у Вала патронов для своего пулемета РПК, служившего верой и правдой. Внутренний карман приятно грел душу: аванс – десять штук мятых хрустящих баксов. Ржавый металлолом – непригодную СВД – он разобрал на части и тщательно смазал. Хотя сталкер не был уверен, стреляет ли она вообще.
Выйдя за пределы завода, ходок отошёл с километр и остановился. Пора проверить подарок жадного торговца. Азим снял СВД-шку с плеча, и наобум выстрелил. Раздался сухой щелчок. Чёрт! Видимо, ослабла пружина в подаче патронов. Он извлек боеприпас из патронника, отсоединил обойму. Десять минут танцев со смазкой, пружиной и снаряжением – и он решился снова протестировать оружие. На этот раз стрелок хотел посмотреть, как ведёт себя кривой ствол при стрельбе. Прицелившись в стоя́щий метрах в ста остов «Газ-53», он нажал на спуск. Ура! Винтовка выстрелила. Как ожидалось, пуля ушла вниз и вправо метра на два. Минус патрон! Нужно запомнить. Стрелять с упреждением вверх и влево.
Сменив оружие на более эффективный пулемёт, русский негр отхлебнул из фляжки вкуснейший виски. Зажмурившись, как мартовский кот, он вернул ёмкость с эликсиром силы на место, и задумался.
«Где Север?»
На Севере, где же ещё, дурень! Возле Припяти вроде бы.
Вместо эпилога
Вместо эпилога
Вы видели когда-нибудь тысячи сверкающих молний вокруг? Изогнутые, с искривлёнными ломаными жалами, в окаймлении быстро гаснущих бликов вокруг, они вспыхивали короткими – в одно мгновение – энергетическими сгустками, которые затем перерастали в длинные бегущие стрелы, что непрерывно меняли формы. Эти шумные, потрескивающие возмущения электричества порождали дьявольски опасную красоту, чудовищную и масштабную. Видели ли вы такое одновременно, не в кино с 3D, с сумасшедшими спецэффектами, а наяву? А вырывающиеся из-под земли снопы вертикального огня попеременно в разных местах в непосредственной близости от хрупкого беззащитного тела. Вряд ли. Только на большой и удивительной планете нашёлся уголок с невероятными природными образованиями, практически не подчиняющимся законам физики. Это место на деле вызывало неподдельный животный ужас. Любой из этих крохотных малюсеньких разрядов в одночасье мог изжарить вас до углей. Подобное испытывали жители Колорадо-Спрингс, когда великий учёный Николас Тесла демонстрировал публике свои сумасшедшие опыты с электричеством. Но даже непризнанный гений не мог сравниться с безудержным буйством, что сотрясал крохотный пятачок пространства недалеко от Чернобыльской электростанции. Буйством нескольких гигантских аномальных возмущений, мирно сосуществующие на площади немногим больше полгектара.