- Не верю своим ушам! На Мискатоне, возможно находится психопат, который вырезает глаза и языки, но никому до этого нет дела!?
- Не так громко, Вернон, нас могут услышать.
- Да плевать я хотел! Я сам найду его. - решительно сообщил Нильс и развернувшись, решил было убраться прочь. - Ах да, Андерс хотел тебя видеть.
Капитан находился на своём месте за круглым столом, внося поправки в маршрут, когда вошел Хокин. Андерс не отрывая глаз от карты, заговорил первым.
- Входи, Рой. Запри дверь, чтобы нам не мешали.
- Нильс говорит, Крайтон пришел в себя? - Хокин, подойдя ближе, бросил взгляд на маршрут, скрывающийся за секстантом, пролегающий через Чешуйчатые острова.
- Если можно так сказать. Он бредит. Бенджи делает всё что может. - Андерс, наконец отвлёкшись от дел, присел и достал трубку. - Нужна твоя помощь, Рой. Обязанности Крайтона некому выполнять, присмотрись, найди ему замену из старших либо гарпунеров, о жаловании само-собой я не забуду.
- Что на счет Нильса?
- А что с ним?
- Кажется он уверен, что кто-то из своих сделал это с Крайтоном.
Капитан тяжело вздохнул, проницательно заглянув в глаза помощнику.
- Нельзя этого исключать.
- И мы будем сидеть сложа руки?
- Не совсем. Мы будем ждать. Бенджи знает своё дело. Крайтон встанет на ноги через недели две, может три, а что на счет его психического здоровья... остаётся только верить. Но если всё получится, он всё сам сообщит, уши то у него на месте. Но не стоит об этом распространятся, если ублюдок в моей команде, я не хочу, чтобы он сделал ещё какую-либо глупость до того, как попадёт в клетку.
Хокин кивнул в знак согласия.
- Я всё хотел спросить, кэп.
- Слушаю.
- Почему он здесь? Возможно прозвучит грубо, но калекам не место на борту, тем более в таком нелёгком плавании. Неужели всё Нильс?
- Нильс здесь не при чём. Вы все мои дети, Рой. Я чувствую за вас ответственность. За каждого из вас.
Андерс перевёл взляд на очаг, потрескивающий у стены и затянувшись трубкой продолжил.
- Я не мог оставить его там. Море было ему всем. Команда, Рой, команда была ему семьёй. Если ему суждено умереть, пусть умрёт дома, среди своих, а не в холодных стенах лечебницы в окружении чёрствых санитаров.
***
Все восемь дней, что Мискатон бороздил свободные воды прилегающего моря, держалась хорошая погода. Паруса были наполнены ветром, а вода пребывала в относительном спокойствии. Но было и одно "но". Жуткая сырость, сопровождаемая туманом ночью и лёгким моросящим дождём днём, что сразу превращалась в ледяное покрывало, укутавшее судно от нижней палубы до самой верхушки грот-мачты. Матросы, привыкшие к таким погодным условиям, ютились по каютам, либо накрывались тканевыми брезентами, если наверху всё же находилась работёнка. В общем то говоря, оставались довольными и сухими, чего не скажешь о съестных припасах, которые отсырели, промёрзли и практически пришли в негодность. К счастью или благодаря курсу, державшему путь в южные широты, сырость отошла на второй план. Закончился дождь, сквозь серые тучи пробились яркие тёплые лучи, согревая палубу и заставляя экипаж щуриться глядя в небо. Было решено немедленно поднять зерно на поверхность и разложить, дабы хорошенько просушить на тёплом ветре. Этим и занималась часть матросов, среди которых был и Барнабас. Сбросив очередной мешок на палубу и смахнув капли пота со лба, он присел передохнуть, зазывая и товарищей сделать паузу.
- Если я здесь сдохну, скажите моей матушке, что я умер как герой - скривив лицо, сообщил напарникам Лисандр и тяжело упал на один из них. Товарищи по несчастью ответили на просьбу громким гоготом, а затем все, как один притихли, вспомнив чему они обязаны такой свободой. Продолжил заливаться лишь Конор, разложившись на мешках, как на мягкой перине.
- Глядишь на родине тебе поставят памятник. Может и самого Морра затмишь. - добавил он и лёгкий смешок вновь всколыхнул отдыхающих, не смеялся лишь Барнабас. Повесив голову и насупив брови он смотрел себе под ноги, думая о своём. - Что с тобой, Барнабас? Уже соскучился за портовыми шлюхами? - не успокаивался Конор.
- Странно это слышать от их постояльца - Оторвав взгляд от собственных сапог, ответил он.
Конору это не понравилось. Достав рабочий нож из-за пояса и подковырнув грязь под ногтём, он со всей силы вогнал его в доску под ногами.
- С каких пор ты стал таким храбрым?
- Оставь его, Конор - обозвался Кёртис, молодой статный матрос со светлыми волосами и ясным взглядом. - Не видишь, парень переживает.
- Я оставлю его тогда, когда посчитаю нужным - он достал нож и направил остриё на Кёртиса - и ни ты, ни кто либо из вас мне не будет говорить что делать. - Конор встал, чтобы продолжить, но резкий голос Кёртиса заставил его резко обернуться и забыть всё, о чём только что говорил.