— Достаточно, — опустив руки, проговорила она. Воздух на палубе маленькой яхты все еще дрожал, возмущенный потоками энергии. — Я закончила и хочу получить свою оплату.
— Конечно, — пожал плечами Малфой, — почему бы и нет? Но, знаешь, если у тебя такие проблемы с деньгами, что ты способна выслушивать оскорбления от нанимателя в течение получаса, может, еще и переспишь со мной? Я накину двадцатку сверху.
Гермиона отступила на несколько шагов, подойдя вплотную к бортам лодки. Она знала, что Драко может быть беспринципным ублюдком, когда захочет, но чтобы настолько…
— Иди к черту! — сквозь зубы прошипела она.
— Полагаю, это значит «Нет»? — он в притворном удивлении поднял светлые брови и вздохнул. — Жаль, а ведь это тот самый случай, когда от благотворительности можно получить немного удовольствия… - он сделал несколько шагов навстречу, и Гермиона задержала дыхание, когда он подошел совсем близко и улыбнулся. — Не смею задерживать!
Резкий толчок в грудь заставил ее потерять равновесие, и с визгом, совершенно неподобающим гриффиндорской львице, она упала за борт. Первое, что она увидела, как только, кашляя, вынырнула на поверхность, был Драко Малфой с небольшим мешком галеонов в руке.
— Ты забыла деньги, — сказал он и швырнул мешок в воду.
— Да будь ты проклят! — в ярости заорала она. Настолько чистой, ничем незамутненной злобы ей не приходилось испытывать за всю свою жизнь, а жизнь эта включала Вторую Магическую войну, где поводов было достаточно. Она могла бы орать до тех пор, пока не охрипнет, но деньги уходили под воду все глубже, и шанс вернуть их уменьшался с каждой секундой.
***
— Ма-ам? — настороженно протянул Хьюго, открывая дверь. — Ты как-то… поздно сегодня.
Шлепая босыми ногами по деревянному полу, Гермиона вошла в дом. С ее волос и одежды все еще капала вода, но Хьюго Уизли в свои неполных девять лет был настолько тактичен, что «не заметил» этого. К тому же на улице разыгрался ужасный шторм, и мальчик, должно быть, подумал, что мама промокла под дождем.
— Трудный день, парень, — осипшим голосом проговорила она. — Роуз уже спит?
— Ага.
— И тебе пора, — осторожно опускаясь в кресло, она через силу улыбнулась.
— Но, мам…
— Мне не нужна помощь. Завтра я буду в порядке. Пожалуйста, иди спать.
Как только на втором этаже стихло шлепанье босых ног, Гермиона уронила голову на руки и разрыдалась. Она все-таки достала деньги, на ее счастье лодка стояла довольно близко к берегу, и глубина была не более трех метров. Но вода была мутной, и простое «Акцио» не срабатывало в таких условиях. И хотя она перепробовала много других заклинаний, поднять мешок со дна с помощью магии не удалось.
Ей пришлось нырнуть раз тридцать, прежде чем она нащупала мешок.
Гермиона устала, потому что ей пришлось провести полтора часа в воде, но гораздо больше ее измотала бессильная ярость. Почему она позволила так обращаться с собой? Почему не развернулась, как только поняла, с кем придется иметь дело? Если бы она отказалась от этой работы, компания просто подрядила бы кого-то другого.
«Ты всегда была умной девочкой, — стягивая с себя мокрую одежду, она продолжала всхлипывать, — но сегодня ты поступила, как последняя идиотка!»
Даже если бы она не получила другого заказа в скором времени, Гермиона всегда могла попросить помощи у бывшего мужа. Они не ненавидели друг друга, как большинство разведенных супругов, но все же встреч старались избегать настолько, насколько это возможно. Оба не могли смириться с мыслью, что все, что они сделали в браке за десять лет, — это сделали друг друга несчастными. И если Рон хотел о чем-то ей сообщить или забрать детей на недельку в Нору, он просто присылал сову и всегда спрашивал, не нужна ли Гермионе помощь.
Если бы она не была слишком горда, чтобы просто принять эту помощь, ей не пришлось бы сегодня так отчаянно бороться за свои деньги. И выслушивать оскорбления тоже не пришлось бы.
Миссис Гермиона Грейнджер уснула, едва добравшись до постели. И даже свирепый ветер, грозящий порывами выбить хрупкие стекла в доме, не разбудил ее.