— Почему бы и нет? — все еще улыбаясь, она подошла к нему и обняла за талию. — Накупим гору продуктов, приготовим закуски и закатим пир!
***
На следующий день Драко, Хьюго и Роуз перевернули все книжные шкафы в доме в поисках кулинарных книг. На этот раз мистер Грейнджер хотел быть уверенным в том, что точно знает, как и что приготовить на ужин. Список продуктов рос с каждой минутой, и Гермиона поглядывала на него с ужасом, но ничего не говорила и целый день терпеливо переступала через нагромождения из книг в гостиной, спеша подготовить дом к приему гостей. Она немного жульничала, то и дело доставая волшебную палочку, пока муж и дети были заняты кулинарными изысканиями и не обращали на нее внимания, но ни разу не попалась и была чрезвычайно довольна собой.
К обеду список был готов и, придирчиво осмотрев его на предмет совсем уж экзотических ингредиентов, Гермиона, к огромному разочарованию домашних, вычеркнула несколько пунктов. Аккуратно сложив список в сумку, она объявила, что готова к набегу на супермаркет и все желающие могут присоединиться.
Поездки в супермаркет с детьми никогда не ограничиваются списком запланированных покупок, и в этот день Роуз стала счастливой обладательницей блестящей пластмассовой волшебной палочки со звездой на конце. Хьюго был уже достаточно взрослым, чтобы помалкивать о магии в присутствии Драко, Роуз же то и дело размахивала ивовым прутиком, угрожая превратить соседского кота в дракона. Гермиона решила, что немного подыграть ей лишним не будет.
Они вернулись домой ближе к вечеру, все без исключения довольные, но немного измотанные. Зато покупки для завтрашнего праздника аккуратно стояли в кузове старенького пикапа, источая соблазнительные запахи.
— Будет всего шесть человек, Дик! — смеясь, Гермиона выскочила из машины и помогла ему взять сумки. — А ты закупил провианта на целую армию!
— Хорошей еды не бывает много, — возразил он, подхватывая пакеты. — И почему ты не считаешь нас? Лично я собираюсь есть за двоих!
Гермиона задержалась, помогая Роуз выбраться из машины. Хьюго запрыгнул в кузов и увлеченно шуршал там пакетами, отыскивая что-то особенно вкусное. Прикрикнув на сына, миссис Грейнджер попыталась отобрать у него похищенные сладости, но не преуспела — кузов был слишком большим, чтобы она могла дотянуться до мальчика с помощью одних только рук. Она воровато оглянулась через плечо, чтобы проверить, насколько далеко ее муж успел уйти и можно ли вытащить палочку, пока он не видит, но так и застыла с открытым ртом.
Драко шел по садовой дорожке, направляясь к дому, а за ним семенил маленький грязный домашний эльф в оборванной ветоши. К груди это тщедушное существо прижимало кусок ярко-красного бархата. Поставив сумки на крыльцо, Драко обернулся и заметил эльфа, но не выказал абсолютно никаких признаков удивления.
— А, вот и ты, Хукс! — отдуваясь, весело воскликнул он. Эльф прижал уши, склонился в поклоне и на вытянутых руках протянул хозяину бархатную подушечку, на которой лежала волшебная палочка. Драко не торопясь открыл дверь, взял у эльфа палочку и взмахнул ею: — Левикорпус!
Сумки оторвались от крыльца и степенно поплыли в дом, Малфой невозмутимо сопровождал их, напевая что-то себе под нос. Гермиона забыла о своих попытках изловить Хьюго и, затаив дыхание, медленно пошла к дому. Но не успела она сделать и несколько шагов, как изнутри раздался грохот и звон стекла. Сумки упали на пол, пение прекратилось.
Воцарилась тишина.
Домашний эльф у порога переминался с ноги на ногу в ожидании хозяина, он даже не поднял глаз, когда Гермиона прошла мимо. Драко стоял посреди гостиной спиной ко входу. В одной руке он сжимал палочку, в другой — платок с вензелем семьи Малфой, в который были завернуты дорогие часы и запонки. Он смотрел на них, не отрываясь.
Время вышло.
Гермиона наблюдала, как он медленно возвращается к себе — поднимает подбородок выше, распрямляет спину, шумно делает глубокий вдох перед тем, как обернуться и посмотреть ей в глаза. И одновременно с этим человек, которого она любила, исчезает навсегда. Гермиона достала палочку из рукава, на этот раз она не будет беззащитна.
— Ладно, — медленно оборачиваясь, проронил он. Серые глаза холодно блестели на побелевшем лице. — А спала ты со мной зачем?
Гермиона пожала плечами. Что он сказал после того, как назвал ее детей рыжими выродками?
— Ты сэкономил двадцатку, а я получила от благотворительности немного удовольствия, — она осторожно проворачивала палочку в пальцах. Если он не швырнет в нее проклятие в ту же секунду, он начнет орать, как не орал никогда в жизни. И лучше бы ей наложить на него «Силенцио» до того, как это услышат дети.