К сожалению, Гермиона Грейнджер — не единственная женщина, что ненавидела его. Астория Малфой не бывала в этом доме уже довольно давно, а в этой постели — еще дольше. Но в данный момент ее отсутствие даже к лучшему, поскольку посмотреть ей в глаза он был определенно не готов. И не только потому, что изменял ей в течение последнего месяца, он делал это и раньше.
Наскоро приняв душ, Драко выскочил из ванной комнаты, схватил валявшуюся на полу одежду и стал быстро одеваться, ярость разливалась по венам с каждым ударом сердца. Еще вчера он думал, что все закончилось! Какого черта Гермиона Грейнджер не желает выветриваться из его головы? Вернуть его жизнь назад такой, какой она была до того проклятого шторма?
Громко хлопнув дверью, он отправился на кухню. Было еще очень рано, полосы блеклого солнечного света едва пробивались из-под плотных портьер, но он прекрасно помнил дорогу. Хорошенько приложившись лбом о низкий дверной проем кухни, он прошипел что-то крайне нелицеприятное о древних архитекторах и степени прямоты их рук. Потолок в помещении был низким, но по крайней мере позволял стоять в полный рост. Глянув на холодную дровяную печь, он выругался еще раз. Века на первых ролях в политике страны, хранилище в Гринготтсе до отказа набитое золотыми галлеонами, и в этом доме все еще нет нормальной печи!
— Инсендио! — дрова запылали, повинуясь взмаху волшебной палочки. Тяжелая чугунная сковорода нашлась в ближайшем шкафу, свежие продукты лежали на столе, приготовленные для завтрака — яйца, сыр, зелень, хлеб.
Чертова Гермиона Грейнджер! Мало того, что она похитила его, обманула, заставила работать на свою семью, как жалкого домашнего эльфа, так она еще и умудрилась обставить все так, чтобы он был совершенно счастлив в процессе!
Как? Как ей удалось заставить его поверить во всю эту чушь, не наложив ни одного Империуса?
Она сказала, что он ее муж. И он поверил.
Сказала, что он работал стриптизером и был чертовски хорош в этом. Он поверил снова.
Сказала, что его зовут…
— Сука! — с чувством выругался он и швырнул сковороду на решетку, грохот прокатился по кухне. — Вот же дрянь!
А Роузи! Великий Мерлин, она ведь рыжая! Рыжая, как ее отец! И все это время Драко даже в голову не приходило, что девочка на него не похожа, потому что…
— Черт бы тебя побрал! — разбивая скорлупу о край сковородки, прошипел он.
Потому что он любил ее. Роузи. Она была чудесным светлым ребенком, она называла его папой, она старалась угодить ему изо всех сил и очень расстраивалась, когда попытки с треском проваливались… Поэтому он соврал ей, что ему нравятся часы.
Печь нагревалась очень медленно, яичница едва забелела, и недовольно проворчав что-то, Драко отпустил сковороду и присел на огромный дубовый разделочный стол. Только сейчас он заметил эти ужасные часы на своей левой руке и принялся возиться с ремешком. Он как раз спрятал их в карман джинс, радуясь, что этого никто не успел заметить, когда откуда-то из угла донесся полузадушенный писк.
Глава 6
Драко обернулся и увидел двух забившихся в угол кухни домовых эльфов. Их и без того огромные глаза, казалось, сейчас выпадут из орбит.
— Да что с вами такое? — грозно прорычал он. — Никогда не видели, как человек готовит себе завтрак?
О.
Черт.
Дверной проем и потолок в этой комнате были такими низкими потому, что не предназначались для людей. Продукты лежали на столе потому, что эльфы принесли их, но еще не принялись за завтрак, иначе к назначенному времени он бы остыл. В последний раз Драко заходил на кухню, когда ему было девять, чтобы стащить немного сладостей до того, как они попадут на рождественский стол. Малфои не готовят себе сами.
Здесь так не принято. Не в этом доме. Не в этой жизни.
Драко стоял посреди помещения для прислуги, с руками, перепачканными в саже от чугунной сковороды. На нем все еще была маггловская одежда, которую стоило сжечь еще вчера, но которую он, не задумываясь, надел утром.
— Вы двое, — едва придя в себя, обратился он к домовиками. Те сжались еще сильнее в отчаянной попытке слиться со стеной, — ничего не видели.
Домовики синхронно кивнули, Драко направился прочь из кухни, на ходу вытирая руки.
Кажется, у него большие проблемы.
***
За завтраком, обсуждая с родителями свои планы на ближайшие несколько дней, Драко то и дело бросал осторожные взгляды на свободные приборы, которые предназначались для Скорпиуса. Мальчик не спустится к завтраку, в этом нет никаких сомнений, и все же Драко надеялся на что-то. Например, на то, что однажды случится чудо, и Скорпиус начнет вести себя, как Хьюго Уизли, с его неуемной тягой к знаниям, унаследованной от матери.