Защитный барьер, окружающий поместье, — это только половина проблемы. Для Драко не составит труда убрать его так, чтобы Люциус не заметил, а затем активировать снова. Вторая часть проблемы состоит в том, чтобы уйти, не оставив следов. Чары трансгрессии или портключ можно отследить, волшебников, летящих на метле, драконе или фестрале, — сбить в полете, поэтому Астория обратилась к последним достижениям в области магической механики. И это показалось им обоим хорошей идеей…
Но все идет псу под хвост, когда в деле замешана Гермиона Грейнджер! Сотрудники фирмы «Финнес и партнеры» обязаны сохранять конфиденциальность своих клиентов, но этой женщине, судя по всему, закон не писан!
Оставив собеседнику немного времени, чтобы осознать услышанное, Гарри продолжил:
— Гермиона не знает, кто заказчик, но принимая во внимание, что машина в кратчайшие сроки должна быть оснащена чарами невидимого следа, она решила, что готовится какое-то преступление. Ей и в голову не пришло, что этот «универсальный батискаф» принадлежит кому-то из вашей семьи. Но она не знает твою жену, Малфой. А я знаю. В Англии не так много людей, которым может понадобиться подобное средство передвижения, и еще меньше тех, кто в состоянии за него заплатить.
Помолчав немного, Гарри придвинулся поближе к огню и уперся локтями в колени.
— Допустим, что Астории удастся покинуть поместье незамеченной вместе с сыном. Но куда бы она ни отправилась, Люциус найдет ее просто потому, что на нее в первую очередь падут подозрения, — он говорил медленно, в стеклах его очков отражалось пламя. — Так что подумай, нужен ли тебе совет и глава Аврората в качестве союзника?
— Ты не глава Аврората.
— Это пока.
***
Перистые облака тянулись в светлом небе над графством Девон и, казалось, не имели ни начала ни конца. Гермиона шла, утопая по щиколотку в сочной зеленой траве, и смотрела в небо, потому что смотреть прямо перед собой ей совсем не хотелось. Но она ходила этой дорогой десять лет и не заблудилась бы, даже если бы закрыла глаза вовсе.
Нора совершенно не изменилась с тех пор, как Гермиона покинула ее: все те же кривые окошки и этажи, построенные словно из кубиков неумелым ребенком. Старый, покосившийся, но уютный дом.
Миссис Грейнджер никогда не вернулась бы сюда, не будь у нее действительно серьезных причин сделать это.
«Видите ли, моя дорогая, — скрестив руки на груди, говорил Генри Финнес, — по всем законам логики вы сейчас должны либо стоять перед полным составом Визенгамота, либо сидеть в Азкабане. У Малфоев есть причины посадить вас в тюрьму, у них есть возможности, у них есть косвенные доказательства вашей причастности к крушению лодки, которые, несомненно, будут благосклонно приняты судом в этой стране, но… — он улыбнулся, — к моей великой радости, вы все еще здесь!»
Не только Гермиона поняла, что Малфои не собираются ей мстить, мистер Финнес понял это тоже.
«У вас какой-то… иммунитет к Малфоям, — заметив, что она пытается возразить, Генри выставил руки вперед в протестующем жесте. — Я не знаю и не хочу знать, каким образом вы его приобрели, но вы не представляете, насколько это редкое качество на территории магической Британии».
Переехав в Англию, Генри оставил все свое политическое влияние за океаном. И хотя он был баснословно богат, он не мог повлиять на консервативные устои этой страны. В Министерстве магии существовал отдел по борьбе с незаконным использованием изобретений магглов, в пыльных шкафах которого хранились десятки дел против предприимчивого американца. Волшебники, которые пытались лоббировать интересы его бизнеса в Министерстве, оказывались на улице так быстро, что Генри и глазом моргнуть не успевал. Вести дела в таких условиях невероятно трудно, и большую часть своих прибылей Финнес получал незаконно. Иронично то, что самые большие деньги ему платили богатые консерваторы, препятствующие распространению маггловских технологий на политическом уровне, но вполне приемлющие их на бытовом.
«Я слышал, что раньше вы работали в Министерстве магии. Вы хотели бы вернуться туда?»
Гермиона остановилась, чтобы перевести дыхание.
Мерлин Всемогущий, конечно она хотела вернуться туда! Даже работая в Отделе регулирования магических популяций и контроля над ними, она чувствовала, как ее действия каждый день меняют к лучшему жизнь сотен домашних эльфов, оборотней и прочих существ, которым нужна помощь и защита. Сектор магического законодательства, куда предлагал поступить Финнес, — это кузница законов! Дыхание перехватывало от мысли, что оттуда она сможет изменить этот мир: инициировать распространение маггловских технологий, принести в мир волшебников последние достижения науки и техники.