— Тяжело бремя славы, да? — пробираясь мимо Драко в толпе министерских служащих, издевательски шипел Гарри. — Знаешь, что ты можешь с этим сделать? Ни-че-го!
— Профан, — фыркал ему в спину мистер Малфой и тем же вечером отправлялся ужинать с лордом Руквудом, чья репутация была так же повреждена войной, как и разум его брата Августа, но чьи богатства оставались в целости и сохранности. Драко не саботировал маленькую победоносную кампанию своего отца, он ее поддерживал.
Даже если бы Драко не читал газет, а он читал их с большим удовольствием, наблюдая за тем, как Люциус то подливает масла в огонь подозрений, то напускает туман на несуществующие подробности, он и без того понял бы, что дела идут хорошо. Практически каждый вечер, возвращаясь домой со службы, он обнаруживал у себя в гостиной людей, которых не видел там уже лет пятнадцать. Они приходили, чтобы показать, что не боятся призрачной угрозы, но то, насколько они ею интересовались, выдавало страх и растерянность. Люциус же был спокоен, уверен в себе и доброжелателен.
Войну не стереть из памяти за одно десятилетие, на это не хватит и жизни. И если десять лет назад Пожиратели Смерти расправлялись с магглорожденными волшебниками, то почему бы кому-нибудь не избрать своей целью чистокровных, оставляя в опустевших домах зловещие фосфоресцирующие метки?
Люциус вознесся к славе на волне паранойи и балансировал на ее гребне с ловкостью и грацией, которых никак нельзя было ожидать от джентльмена в столь преклонном возрасте.
Некоторое время спустя он нашел достаточно сочувствующих ему людей, чтобы устроить еще один прием в собственном поместье. Подгоняемые любопытством с одной стороны и обуреваемые страхом с другой, слишком многие не нашли в себе сил отказать.
***
***
— Время вышло, леди и джентльмен, — произнес Гарри, собрав их в своем кабинете в ночь перед приемом. — Я позаботился обо всем, что от меня зависело. — Он кивнул на стол, где стояли несколько пузырьков с оборотным зельем и тускло переливалась волшебная мантия. — И я надеюсь, что вы сделали то же самое. Нам всем не помешает небольшая репетиция.
Астория поставила на стол небольшой саквояж, откуда извлекла пару совершенно одинаковых мужских парадных костюмов. Отдав их Драко, она запустила руку в сумку чуть глубже и достала два узких красных платья в азиатском стиле, от плеча и до подола которых струились гибкие тела китайских драконов.
— Красное? — подняла бровь Гермиона, и это был первый вопрос, который она адресовала напрямую Астории за последние несколько недель, хотя, разрабатывая план, они встречались в этом кабинете довольно часто.
— Оно должно быть достаточно ярким, чтобы каждый мог подтвердить, что леди Малфой не отлучалась с приема более, чем на пять минут, — проговорила Астория, встряхивая яркую ткань. — И достаточно необычным, чтобы каждая старая леди считала своим долгом обсудить со своими подругами всю глубину падения нравов последнего поколения.
Гарри взял со стола два пузырька оборотного зелья и бросил Гермионе сначала один, затем второй. Ловко поймав их в воздухе, она наградила его своим фирменным «Когда ты повзрослеешь?» взглядом и направилась к неприметной деревянной двери, на которую указал ей хозяин кабинета.
— Это что, комната для допросов? — едва приоткрыв дверь, поинтересовалась Гермиона. В полупустом помещении не было окон, только широкий стол и два стула стояли в самом центре.
— Я предпочитаю называть это переговорами, — усмехнулся Гарри и сделал приглашающий жест. — Прошу вас, леди.
Гермиона вошла в комнату и поставила зелья на стол, Астория последовала за ней, шурша тканью шелковых платьев. Как только дверь закрылась, Гермиона обернулась к ней.
— Я думала, ты будешь вести себя по-другому. Ты ведь знаешь все о…
— О самой хреновой мести в истории человечества? — леди Малфой улыбнулась, обошла свою собеседницу сбоку и осторожно положила платья на стол. — О, да. Но как такая умная женщина, как ты, может находиться во власти стереотипов из вечерних ток-шоу?