В комнате, полной авроров.
Из всех присутствующих только Гермиона знала, почему этот самоубийственный поступок имеет смысл. Потеряв воспоминания о собственном сговоре, Астория сохранила память об угрозах Люциуса. Она не считала, что он похитил ребенка. Она думала, он убил его, как обещал.
Когда вспышки заклятий угасли и Астория упала на пол, пораженная несколькими парализующими, Гарри выругался и приказал увезти ее в аврорат. Гермиона могла перечислить десятки способов, как избежать подобного исхода, в конце концов Астория предупредила их всех, что поступит именно так. Но он просто позволил ей выкопать себе могилу.
Тихо ступая след в след за аврорами, уносящими леди Малфой сквозь открытый барьер под заклинанием левитации, Гермиона Грейнджер покинула поместье.
***
Новость о похищении единственного наследника семьи Малфой произвела эффект разорвавшегося снаряда. Уже на следующее утро в «Ежедневном пророке» появилась статья, полная голословных выводов и параноических догадок. Учитывая, что в недавнем прошлом поместье Малфоев стало мишенью загадочной диверсии, ни у кого не осталось сомнений, что дело имеет политический подтекст. Единственное, что удалось скрыть от жаждущих подробностей умов простых английских магов, так это арест Астории Малфой по обвинению в нападении на своего свекра.
И это странно.
За третьей кружкой кофе после бессонной ночи миссис Гермиона Грейнджер размышляла о том, почему Люциус так сдержан в своих заявлениях. Разве он не должен использовать нападение как доказательство вины Астории? Ведь она не может оправдаться, а Гермиона не может сделать это за нее, не раскрыв себя.
В одиннадцать часов утра миссис Грейнджер получила сову от Джиневры Поттер с просьбой передать ее мужу звонкую затрещину, если он появится на пороге ее дома. Миссис Поттер не видела своего мужа три дня и не могла выразить ему свое негодование лично.
В двенадцать часов Гарри действительно появился. Точнее, он вывалился из-под мантии невидимости прямо посреди гостиной, распластался на полу и слабым голосом попросил чашечку кофе. Получив немного бодрящего напитка, он уселся на полу, широко расставил ноги и мрачно уставился на свою подругу.
— Почему ты никому не сказала?
— О чем? — нахмурилась она.
— Как я и говорил, первое, что мы сделали — это проверили палочки всех присутствующих на их последние заклинания. И пока я обсуждал с Руквудом, куда зарыть его денежки, Люциус пытал кого-то в своем кабинете. Он сказал, что это был нерасторопный домашний эльф, которого, по счастливому стечению обстоятельств нельзя привлечь в качестве свидетеля в суде. Мистер Малфой глубоко раскаивается в своей несдержанности и заплатит крупный штраф за жестокое обращение с магическими существами.
— Как трогательно, — усмехнулась Гермиона, припомнив, что эту поправку к закону «О магических существах» несколько лет назад протащила в сектор магического законодательства именно она, сломав множество копий о щиты старых семей магической Британии.
Гарри сделал последний глоток и спросил снова:
— Почему ты не сказала хотя бы Драко? Он имел право знать.
— Все шло по плану, — сложив руки на груди, она подошла к нему ближе и встала напротив, так что Гарри пришлось запрокинуть голову, — я не стала рисковать операцией.
— Мыслишь как аврор, — фыркнул он и опустил глаза. — Мне нравится.
Воспользовавшись моментом, она размахнулась и ударила его по лицу с такой силой, что Гарри покачнулся и едва не упал. Кружка, которую он от неожиданности выпустил из рук, упала на пол и закрутилась волчком, очки съехали до подбородка.
— Это что, от Джинни? — огромными глазами уставившись на подругу, спросил он.
— Нет, это от меня лично. Вот это от Джинни, — она размахнулась снова.
На этот раз Гарри поймал ее руку, и крепко сжав, прорычал:
— Какого черта, Гермиона?!
— Ты знал, Гарри, — пытаясь вырваться из железной хватки, шипела она. — Ты легилимент, ты не мог не знать. Допрос под сывороткой правды был нужен не только Малфою-старшему, но и тебе, чтобы в присутствии Люциуса и Нарциссы спросить Асторию о том, подвергалась ли она пыткам со стороны своих родственников, и заставить их аннулировать клятву до того, как ее убьет нарушенное обещание. При аврорах и свидетелях у них просто не было другого выбора. Вот почему Люциус сегодня с утра блеет, как агнец. Ты заключил с ним сделку, заставив снять с Астории любые обвинения в обмен на то, что и он не сядет в Азкабан за использование пыточных заклятий.