— Нервничаешь? — спросила Астория, как только за ними закрылась тяжелая дверь.
— Не уверен, что Поттер справится, — качнул головой Драко. — У него чувство такта, как у сносорога.
Астория скинула капюшон и огляделась, в помещении было темно, и она старалась привыкнуть к этому до того, как сбросит последнюю защиту.
— С твоими обязанностями на приеме справится даже клинический идиот, — усмехнулась она, — не нужно много ума, чтобы пожимать руки и улыбаться. Много чего можно сказать о мистере Поттере, но не стоит недооценивать его умственные способности.
— Как тебя вообще угораздило подружиться с ним? — Драко достал палочку с тем, чтобы зажечь свет, но передумал. Перед началом операции Гарри еще раз напомнил, что никто из участников не должен колдовать. Относится ли безобидный «Люмос» к списку запрещенных заклинаний Драко не уточнял, но на всякий случай решил не проверять.
— Я не знаю, какой факультет закончил ты, дорогой, — снимая мантию, проговорила Астория, — но у нас на Слизерине не принято разбрасываться такими союзниками, как заместитель главы аврората.
— Я думал, он тебе нравится.
По мере того, как глаза привыкали к темноте, тусклый свет от маленьких окон все подробнее вырисовывал очертания помещения: мрачные провалы проходов, холодную сталь решеток, запыленные подстилки пленников.
— Нравится? — необыкновенные глаза Астории гневно блеснули в полутьме. — Десять лет назад мне понравился один мужчина. И посмотри, где я теперь — пробираюсь в собственный дом, чтобы выкрасть собственного сына.
Прицельно швырнуть настолько легкую материю было довольно трудно, но Астория справилась — мантия-невидимка преодолела пару метров и повисла на мистере Малфое, скрыв его от всех возможных поисковых чар ровно наполовину.
— Не думаю, что в ближайшее время мне еще кто-то понравится.
***
— Расслабься, дорогая, — нежно проговорил Гарри, как только рука об руку они ступили на ярко освещенную площадку для аппарации, — это твой дом и твой вечер. Кроме того, — он с достоинством спустился по ступеням и подал руку своей спутнице, — тебе глубоко плевать на мнение всех присутствующих.
— И даже на твое?
— Особенно.
Гермиона улыбнулась со всем доступным ей на данный момент высокомерием и спустилась с площадки вслед за своим дважды фальшивым супругом. Сейчас он выглядел в точности, как Драко, но все же она опасалась, что какой-нибудь нехарактерный жест или фраза выдадут его перед людьми, которые знают Малфоя с детства. Гермиона оценила попытку Гарри ободрить ее и прониклась к нему благодарностью. Она и сама чувствовала, как сильно напряжена, и дело было не только в излишне откровенном наряде. Последний визит миссис Грейнджер в поместье Малфоев состоялся поздней осенью более десяти лет назад, и она до сих пор слышала треск своих волос под рукой Фенрира Сивого, когда он тащил ее по грязи ко входу, упирающуюся и воющую от боли. Навстречу пыткам, голоду и страху.
Но в саду было тепло и ясно, горели гирлянды магических огней, играла тихая музыка — хозяева поместья сделали все, чтобы призраки прошлого не побеспокоили гостей.
Изображать Асторию и в самом деле оказалось несложно: из всех гостей почтенного семейства обратиться к ней осмелились человека три или четыре, но и их интерес быстро угас, как только она заговорила о своей работе. Даже ее сестра Дафна ограничилась лишь вежливым кивком с другого конца зала.
— Я что-то делаю не так? — проводив взглядом очередного безукоризненно вежливого собеседника, тихо спросила она у Гарри.
— Ты все делаешь правильно, — улыбнулся он, и Гермиона пропустила вдох. Она не понимала, почему в этот момент все присутствующие не обернулись в их сторону с возгласами: «Самозванец!», потому что это была совершенно другая улыбка. Не та, которую она знала и любила.
Лишь только убедившись, что гром не грянул и никому, кроме нее, до таких мелочей нет дела, Гермиона с горькой усмешкой произнесла:
— Дай-ка я угадаю: здесь никто не знает, чем я занимаюсь.
— Им это не интересно, — Гарри поднял руку, и между его пальцами тут же появился бокал с игристым вином. Домашние эльфы семейства Малфой ждать себя не заставляли. Гермиона старалась не думать о том, что ждет этих наивных и в большинстве своем беззащитных существ, случись им на пару секунд замешкаться.
— А тебе? — подняла она руку с видом как можно более равнодушным. Бокал того же вина появился спустя мгновение.
— И мне.
Одиночество в толпе. Вот от чего бежала Астория Малфой. Все сокровища, что она привозила из своих путешествий, были лишь мусором для ее семьи и окружения, ее открытия — пустым звуком, ее приключения — блажью.
— У меня вообще есть друзья? — мрачно пригубив вина, спросила Гермиона.
— Да, и довольно много, — Гарри поднес свой бокал к ее, и нежный звон стекла разлился в воздухе, — но их никогда не приглашают.
***
Даже при наличии нескольких охранников, которые размеренными шагами патрулировали дом, пробраться к комнате Скорпиуса незамеченными под мантией истинной невидимости не составило никакого труда. Драко поймал себя на мысли, что завидует этому парню. И сколько, интересно, лет эта бесценная вещь служит мистеру Поттеру? Сколько грязных делишек он успел обстряпать с ее помощью? Уж наверняка не ограничился теми снежками на пятом курсе. Скорее всего наведывался в женские душевые после квиддичной тренировки, мерзкий маленький очкастый…
— Закрыто, — прошипела Астория, прервав его мрачные размышления о несправедливости жизни.
— Следи за коридором, я разберусь, — Драко выпутался из-под мантии и занялся замком. Едва ли Люциус установил что-то серьезнее обычных запирающих чар, он ведь хотел запереть ребенка, а не демона из преисподней.
Хотя утверждение, конечно, спорное.
— О, это займет некоторое время, — сквозь зубы процедил Драко, и хотя он не мог видеть свою жену, слышал ее полное праведного гнева сопение он вполне отчетливо.
Драко принялся было перебирать в уме знакомые чары от простого к сложному, но вскоре понял, что зря теряет время и начинать следует именно со сложного. Кажется, Люциус тоже перестал недооценивать своего внука.
На лестнице раздались шаги. Драко выбросил руку в сторону, где должна была стоять Астория, чтобы вновь забраться под мантию-невидимку, но с ужасом обнаружил, что ее там нет. Рука лишь рассекла воздух, Драко застыл в ужасе. По лестнице поднимался Натаниэль Гартнер, высокий плечистый охранник из числа личной гвардии Люциуса.
Драко растянул губы в улыбке. Никакой магии во время операции. Он, черт возьми, абсолютно беззащитен перед профессиональным бойцом. И второй попытки не будет.
— Добрый вечер, мистер Гартнер, — лучезарно улыбнулся он охраннику, но, к несчастью, тот оказался достаточно умен для своей должности. По мимолетному замешательству на его лице, по чуть расширившимся глазам, по напряжению в руках стало ясно: он только что видел Драко на приеме и знал, что никому не следует находиться в двух местах одновременно, но старался не показать этого.
— Добрый вечер, сэр, — учтиво склонил голову он, и его пальцы крепче сжали палочку, которую он держал наготове. — Как проходит прием?
Но в тот момент, когда Натаниэль вскинул руку и открыл рот, чтобы выкрикнуть заклинание, из воздуха прямо перед его лицом появилась тонкая рука, облако белесой пыли окутало голову Гартнера, и он упал замертво.
— Открывай чертов замок, Малфой, — раздался шепот из пустоты, — как только его отсутствие заметят, нам придется иметь дело с хозяином поместья.
«Я — хозяин поместья», — с раздражением подумал Драко, и тут его осенило: незачем накладывать на дверь самые изощренные чары, достаточно использовать простейшие, но те, что сможет открыть только лорд Малфой. И так уж вышло, что…
— Я — лорд Малфой, — приложив руку к двери, проговорил Драко, и замок тихо щелкнул. Чисто гипотетически, эту дверь мог бы открыть и Скорпиус, но тот скорее умрет, чем подумает о себе, как о хозяине поместья, которое ненавидит. И в этом заключалась ирония, которая, должно быть, забавляла Люциуса. Взаперти Скорпиуса держало его желание сбежать от семьи, не быть Малфоем.