- Ара! Ара! - испуганный крик брата в очередной раз разбудил меня.
- Иду, иду, - зашептал я, так, чтобы он услышал мой голос.
- Скорее, Ара, он снова смотрит на меня!
Этот страх Мишке подарил папаша. Именно благодаря ему мы с братом не спали по пол ночи. А все из-за глупости. Как-то младший мешал смотреть футбол этому старому ублюдку, и тот наврал ему что за чертовым телеком живет БАБАЙКА! Бабайка мать ее! Мишка ревел каждую божью ночь, описывая мне монстра с такой точность, что порой казалось будто, и я его вижу. Нечто красное, нечто страшное с большими черными глазами, что стоит и внимательно смотрит на него.
- Все хорошо, Мих. Все нормально. Я уже его прогнал!
Меня разбудила какая-то возня рядом. Приоткрыл один глаз, а это кошак свежует только что пойманную зверушку. Я поглядел на добычу. Похоже на двугорбого оленя, но шерсть зеленая.
- А есть-то это можно? - взял я один из кусков, которые оцелот раскидал вокруг. Кошка сцапала один из них и с удовольствием проглотила.
- Ну тогда я позаимствую и пожарю, - сморщился от вида сырого мяса, застрявшего в ее зубах. Но та выпустила второй ряд, и клыки как грабли смахнули все лишнее с десен. Я только сильнее скривился и пошел подальше от воды. Нашел место посуше, взял две палки и вспомнил свои турпоходы в лагере. Пара минут мата да стараний и костерок загорелся. Соорудил шампур на скорую руку и мясцо мое принялось жариться. Аромат на голодный желудок страшно нравился, и я вдыхал этот мясной дымный воздух, смакуя как самое вкусное угощение в своей жизни. Оцелота он тоже привлек, и кошка вопросительно уставилась на мое мясо, наколотое на палку.
- Ты давай даже не смотри. Принесла молодец. У тебя вон сырого целая туша.
Но та продолжала завороженно глядеть на мой кусок. Смотрела, когда я его снял с костра, смотрела, когда я его ел, и, в конце концов, взбесила меня так, что кинул ей немного жареного.
- Ночь собирается.
Костер не потушил, укутался во вторую кофту и стал ждать. Как только солнце село, повсюду послышался тихий треск, похожий на тот, что издают деревья, когда замерзают. Взял камень и порезал запястье. Поднялся на ноги и подо мной, и вокруг меня за момент все обледенело. Смотрю, а могучие порывы воды налету замерзают и вместо водопада передо мной уже ледяная стена. Кошак куда- то делся. Неужели место какое знает скотина махнатая. Ладно, чтобы не замерзнуть нужно стабильное кровообращение, а значит необходимо активно двигаться. Глянул на стекающую с запястья кровь и улыбнулся. Вспомним каникулы у бабушки в деревне. Представил себе топор. Вышло хреново, но все лучше, чем ничего. И пошел рубить стену из замершего водопада.
Толку ноль. Даже дыры не сделал. Но я хоть не замерз, а с первыми лучами солнца все снова растаяло и приобрело привычный зеленый вид. Я за всем этим наблюдал с вселенской ненавистью надзирателя из тюрьмы и бежал к солнцу, как усатый мальчик из странного японского мульта. Что угодно, только бы скорее согреться.
Значит, первым делом, необходимо обзавестись теплой одеждой, и пора бы разобраться что за голос трезвонит над моей головой, озвучивая всем подряд мои «достижения».
За водопадом была тропинка, по которой я направился в ближайший поселок, если верить карте. Оцелот неторопливо шагал за мной, то мурлыкая, то шипя. Сам не понял откуда эта морда пушистая опять взялась, но я на него мало внимания обращал, однако глаза на затылке имелись, и я спиной чуял, когда кошак напрягался. Вот и сейчас ее шипение стало угрожающим, и я мгновенно осмотрелся.
Убийцы появляются в этих безлюдных местах неслучайно. Не кота ведь они ищут, а значит им нужен я. Только на кой хрен пока непонятно. Неужели тут всех кукол так встречают?
Я вертел головой по сторонам, а смотреть надо было наверх. С небес, почти мне на голову, прилетел здоровенный воробей. Еле успел отскочить, как какая-то девица спрыгнула с птички и швырнула в меня бумеранг. Тот на ходу расшиперился острыми лезвиями, да так что мне плечо до кости рубануло.