— Нам нужно поговорить, — сказал Кеймрон, стоило им выехать с вокзала. — Сядь ближе.
— Мне и тут хорошо, — ответила она, сцепив руки.
— Айри.
И она пересела.
— Как ты оказалась с виконтом Нойтаргом на званом вечере? — и голубые глаза в упор посмотрели на нее.
Тень от шторы падала на лицо Кеймрона, и он выглядел строгим, суровым судьей. Однако Айри не собиралась признавать вину.
— Ты уже слышал историю, как я его спасла. Он назвал мне только имя, без фамилии, поэтому я долгое время не знала, кто он. Догадалась недавно, — и она отвела взгляд.
— Поэтому ты спрашивала о гербе.
Айри кивнула и, наконец, рассказала полную историю их знакомства с Нио, не забыла упомянуть и прогулки, и странность с букетом.
— На этом вечере я хотела расспросить его друзей, но все они такие… Такие… Неприятные. Вряд ли бы хоть кто-то из них ответил на мои вопросы.
Колеса стучали, поезд мчался уже за городом, но Айри было не до пейзажей. Снаружи сквозь тучи ненадолго выглянуло солнце, и тени вокруг Кеймрона стали еще гуще.
— Кстати, поздравляю тебя с помолвкой, — она натянуто улыбнулась.
Но вот сказать, что она рада за Кеймрона, не смогла.
— Не меняй тему. Ты понимаешь, что это опасно? Ты подозреваешь виконта, но продолжаешь видеться с ним.
— Ничего опасного. Благословение защитит меня, — пожала она плечами. — И что он мог сделать со мной в ресторане или в оранжерее?
— Зато в темном парке многое могло произойти, — возразил Кеймрон. — Ты права, его отношение к тебе подозрительно. Но он все еще может просто оказаться очень странным человеком. А насчет букета, который принесли к нашему дежурному… Виконту Нойтаргу не составило бы труда разузнать все.
— Хорошо, но как он так легко узнал меня в нашу первую встречу? Ночью! Да еще тогда, когда должен был перепугаться за себя самого?
— С этим сложнее, но все же это не невозможно. Однако, когда вернемся, ты больше не должна с ним видеться, Айри. Это не только опасно. Если виконт окажется нашим подозреваемым, то твои встречи с ним будут выглядеть… некрасиво.
Айри нахмурилась и кивнула, про себя решив, что она все же не отступится от собственной цели узнать больше о Нио. Она повернула голову, и пейзаж увлек ее. Поля тянулись до самого горизонта, серо-коричневые, с редким золотом засохшей травы. То тут, то там появлялись одинокие деревья и кусты, а солнце, выглядывавшее из-за плотной завесы туч, бросало на землю золотые блики.
— С Гленнис у меня фиктивная помолвка.
Айри повернулась к Кеймрону.
— Что?
— Она недавно приехала в Лендейл и попросила защиты от жениха, которого выбрал ее отец. Я кое-что узнал об этом женихе, и сведения вышли тревожные. Возможно, он связан с революцией.
— Ничего не понятно! Давай, рассказывай историю целиком, — и Айри поставила локти на стол, подалась вперед, прищурилась.
Кеймрон рассказал ей и историю Гленнис, и то, что он узнал с отцом.
— И что ты думаешь об этом Тарлоке? — спросила Айри, которая хмурилась и никак не могла понять связи.
— Возможно, именно через него герцог и граф передают деньги революционерам. Тарлок получает деньги, записывает их как вклад в корабль, а потом под видом прибыли от продажи товаров раздает фиктивным вкладчикам, то есть нужным людям. При этом никакой корабль ни в какое плавание не уходит. Если именно через Тарлока деньги уходят революционерам, это будет твердое доказательство вины герцога и графа, и нам останется только высветить их связь с принцем.
И правда, если найдутся доказательства, то это будет практически победа над революцией! Айри кивнула. Однако Кеймрон на этом не остановился и продолжил:
— Мы с Гленнис заключили фиктивную помолвку, чтобы она могла жить в Лендейле и чтобы отец мог защитить ее, если то потребуется. Мы с ней только друзья детства.
Стук колес заглушал стук сердца, отчаянный, быстрый. Кеймрон не только объяснился, он повторил, что между ним и Гленнис ничего нет.
Почему?
Айри откинулась на спинку и сжала край диванчика.
Почему?
Внезапно купе показалось ей еще более тесным, и что-то неуловимо изменилось в самом воздухе, его наполнило предчувствие чего-то нового, ожидание и даже волнение.
Кеймрон смотрел на нее, не отводил взгляда.
— Хорошо, я рада.
Слова, что вырвались сами собой, заставили ее прикусить язык.
— Я заметил, что новость о моей помолвке тебя напугала.
И Айри закрыла глаза. У нее не было шанса что-то скрыть от Кеймрона.