Услышав ответ, вошла. Кеймрон стоял над открытым чемоданом и что-то искал в нем. Разбросав рубашки, он, наконец, отыскал большой черный альбом на разъемных латунных кольцах. И показал его Айри.
— Посмотрим после ужина, а пока гадай, что же в нем есть.
Айри фыркнула и прищурилась. Вскоре слуга принес им ужин на подносе, поставил на комод. Кеймрон ел, сидя на кровати, а Айри досталось кресло у камина.
Айри не могла сосредоточиться на еде — у нее никак не получалось отвести взгляда от альбома, лежавшего рядом с Кеймроном. Как только тарелка опустела, она вернула ее на поднос, села рядом с ним и схватила альбом.
— Можно? — с осторожностью уточнила она.
Кеймрон быстро доел, убрал тарелку и взял у нее альбом, открыл на нужной странице и протянул ей.
— Хочешь сказать, это я? — удивилась Айри.
Он чаще всего рисовал карандашом, и в смотревшей с бумаги даме Айри не узнавала себя. Красивое платье с кружевом подчеркивало ее стройность, выделяло длинную шею, прическа открывала миловидное лицо с большими глазами. Айри была изображена в образе со званого вечера, и вроде бы все было знакомо, но… Но все же Айри не могла поверить, что прекрасная незнакомка — это она.
— Да, ты. Почему ты сомневаешься? Обычно мне удаются портреты. Я хотел запечатлеть редкий момент, когда ты не в форме.
Пришел слуга, забрал с поклоном поднос, пожелал спокойной ночи и удалился.
Айри коснулась своего лица на бумаге.
— Нарисуешь меня сейчас? — вырвалось у нее.
— Хорошо, садись в кресло.
И Кеймрон достал из чемодана карандаши, а Айри села, куда он указал. И стала ерзать.
— Расслабься, не нужно принимать какую-то особенную позу. Я ограничусь головой, иначе мы просидим всю ночь.
— А… Хорошо.
И Айри замерла, боясь дышать, боясь повернуться. А вдруг ее случайное движение помешает Кеймрону? А он, закинув ногу на ногу, уложил альбом, взял карандаш, и он запорхал, залетал над бумагой, оставляя на ней следы, то яркие и насыщенные, то мягкие и бледные.
Кеймрон постоянно смотрел то на нее, то в бумагу, и под его пронзительным взглядом Айри почувствовала стеснение, словно сидела голой. Он обводил на бумаге контуры носа, добавлял тени, рисовал ее губы, растирая карандаш пальцем, а она словно ощущала прикосновения на себе — мягкие, осторожные, трепетные.
— Готово! Хоть и быстрый набросок, но, думаю, получилось неплохо, — и Кеймрон отложил карандаши, развернул альбом.
Айри вновь увидела красивую незнакомку с утонченными чертами лица, робкую, с блестящими глазами, в которых скрывалась какая-то тайна.
— И все же ты мне льстишь, — покачала она головой, потому что никогда не видела себя такой в зеркале. — Я не такая красивая.
— Красота в глазах смотрящего, — пожал он плечами, поворачивая альбом рисунком к себе. — Я вижу тебя именно такой.
И вновь его проникновенный взгляд коснулся лица Айри, обвел его контуры, скользнул вниз по шее, замер и поднялся к глазам.
— Жаль, я не умею рисовать и не могу ответить тебе тем же.
— Утешусь тем, что ты считаешь меня красивым, — Кеймрон взмахнул альбомом, а Айри улыбнулась.
— Спокойной ночи, — пожелала она и ушла к себе.
Айри села на кровать, прижала руки к пылавшим щекам. Ей было и волнительно, и тревожно, и вместе с тем что-то замирало внутри в предвкушении… Чего?
Она еще не знала.
Глава 21
Утром Айри и Кеймрон вновь оказались в библиотеке. Потянулись томительные, долгие часы, когда Айри пыталась разобрать слова в книгах, а Кеймрон быстро листал их, сразу отсекая все, что не подходило.
Они попросили слуг принести бумагу и ручки для записей, и первым сделал пометку, конечно, Кеймрон. Айри же утомилась листать одни легенды, где феи обманывали людей своей магией.
— Кажется, из меня плохая помощница в этом деле, — Айри отложила очередной фолиант, в котором не могла разобрать и половины слов.
— Не наговаривай на себя, — Кеймрон потер глаза и закрыл книгу.
Приблизилось время обеда, и Эрили пригласила их в столовую. Там они быстро съели суп и второе, а потом вернулись к книгам, хотя от сидения все затекло и болело.
Айри прошлась вдоль шкафов. Сколько здесь книг? Сотни? Тысячи? От их количества кружилась голова.
— Кеймрон, мы не успеем просмотреть все за две недели, которые собирались здесь пробыть. Не лучше ли как-то расспросить герцога?
Кеймрон закрыл книгу, заложив ее пальцем, и посмотрел на Айри.
— Он не выглядит разговорчивым. И пытаться надо очень осторожно. Мы же не хотим, чтобы нас выгнали отсюда, не так ли?