Медсестру Воловкину уважали и любили пациенты. За добрый характер, за отзывчивость. Вот и в этот день она обещала пациентке занести результаты медицинских анализов прямо на дом, поскольку женщина плохо себя чувствовала. Но в назначенное время Воловкина не пришла. А пациентке необходимы были эти справки для завтрашнего визита к врачу. И женщина направилась к дому Воловкиных.
Но напрасно она стучалась в дверь. Ей никто не открыл. Хотя, по предположению визитерши, в это время в доме Воловкиных должны были находиться и муж, и жена. Так ничего и не добившись, соседка отправилась восвояси.
А в это время за закрытой дверью происходило нечто настолько жуткое, настолько омерзительное, что не вмещает нормальное человеческое восприятие…
Была ли ссора?
Как и всякая молодая супруга, Воловкина мечтала о ребенке. Но некоторые проблемы с собственным здоровьем мешали осуществлению этой мечты. Помогла сестра Воловкиной – выделила необходимую для лечения сумму. Огромные по тем временам деньги – три миллиона рублей!
Это произошло в тот самый день, 19 апреля 1995 года, когда соседка напрасно стучалась в дверь. Из-за чего возникла ссора между супругами и была ли она вообще – сейчас сказать трудно. Не искал ли нетрезвый муж лишь повода для осуществления давно задуманного?
По крайней мере, на девятый день своего задержания Воловкин в приступе откровенности сказал Скарлыкину о причине убийства жены буквально следующее: «Надоела она мне очень…» И поделился своими планами использования денег жены: собирался он… в Китай, учиться иглотерапии!
Это потом, позже, Воловкин выдвинет другую версию происшедшего: они, мол с женой поссорились, а после ссоры жена попросила его сделать ей укол калипсола – для успокоения! Ну он и «уколол», да дозу не рассчитал. Доза получилась смертельной! Версию эту повторили, не дожидаясь выяснения всех обстоятельств преступления, некоторые спешащие журналисты. И по сути дела, повторили версию убийцы.
А Воловкин продолжал твердить о том, что он пытался спасти жену, проводил непрямой массаж сердца. И только убедившись в том, что она мертва, и испугавшись последствий своего убийства по неосторожности, он закопал труп под полом нежилой комнаты дома.
Но выводы экспертов однозначны: кровоизлияния на теле убитой свидетельствуют не о массаже сердца, а о том, что убийца удерживал жертву на диване, делая одну за другой инъекции калипсола, общая доза которых была смертельна. Последней инъекцией Воловкин ввел уже бесчувственной жене листенон, зная что такое сочетание препаратов губительно.
Имитация простодушия
Затем, хладнокровно связав руки и ноги трупа, зарыл его под полом нежилой комнаты, переложив землю двойным слоем клеенки. Пустые ампулы, шприцы и остатки препаратов он вынес во двор и сжег в железном ящике.
Взяв себе 300 тысяч рублей, остальные 2 миллиона 700 тысяч, кольцо, серьги и часы жены положил в чемодан, который спрятал в подполе.
Теперь убийце оставалось только внушить окружающим версию о таинственном исчезновении жены в Пензе с круглой суммой денег. Что он чересчур старательно и делал.
Так, свидетель Д. рассказал на суде, что по просьбе Воловкина возил его в Пензу на поиски жены. Но сосед был удивлен некоей противоречивостью поведения несчастного мужа: при этом Воловкин был спокоен, копал огород, слушал музыку, выпивал в свое удовольствие.
Часто навещал Воловкин райотдел милиции с тревожным лицом: не нашлась ли пропавшая без вести жена? Но в этом, как мы уже заметили, преступник явно переусердствовал.
Свое признание Скарлыкину Воловкин подтвердил в присутствии прокурора и адвоката. При понятых на месте преступления подробно рассказал и показал, как он совершил убийство жены, как уничтожил следы злодеяния. И не испытывал при этом душегуб с дипломом врача ни раскаяния, ни угрызений совести. По улицам поселка шел под конвоем, как герой. Так что Скарлыкин не выдержал:
– Голову-то опусти! – в сердцах заметил он Воловкину.
А преступник вскоре вновь поменял свою роль. Отказался от своих прежних показаний и стал твердить о «неосторожном убийстве», находя новую лицедейскую утеху в том, чтобы путать следствие, сбивать с пути истинного суд.
В этом долгом и сложном деле были расставлены все точки над «i». Районный суд назначил Воловкину девять (вновь девятка!) лет лишения свободы, а коллегия областного суда оставила этот приговор без изменения.