Шан не знала, честен ли Эдди или же разыгрывает спектакль. Он выглядел как человек, погруженный в свой собственный мир и сражающийся с собственными демонами. То, что Эдди способен на такую борьбу, умилило ее. Но если он просто прикидывается, она его убьет.
И Шан вдруг поняла, что сейчас мыслит по-вес'харски буквально.
Вес'хар сейчас на пороге блокады. Война будет не менее ожесточенной, чем последнее столкновение с исенджи. Вес'хар так мало, а людей и исенджи так много… Но рассказывать ему об их отчаянном положении ради того только, чтобы добиться его симпатии и сочувствия, она не станет.
— Что мне нужно сделать?
— Добудь какой-нибудь клеточный материал, может быть, жидкости…
— Мы не настолько хорошо ладим.
— В общем, ты понимаешь, да?
— А… — выдохнул Эдди, будто вспомнив что-то. — А почему бы не попросить юссисси? Они шныряют туда-сюда, только шорох стоит…
— Вес'хар ни за что на свете не станут компрометировать их нейтралитет. Всю грязную работу сделают сами.
— Вот почему ты им так нужна.
— Я бы тоже не стала связываться с юссисси. Это как разнимать солдат, дерущихся в баре. Надаешь тумаков одному — все поднимутся против тебя.
Эдди осушил бокал и оглянулся, чтобы посмотреть, где Арас.
— На твою задницу идет чертовски серьезная охота, — тихо проговорил он. — Я знаю, ты из не тех, кто прячется, но я бы на твоем месте особо не высовывался.
— Ценю твою заботу.
— На Земле срезали мой репортаж.
— Обо мне?
— О с'наатате. Только что отдел новостей вопил от восторга, получив эту историю, и вот уже сообщают, что этот вопрос больше не поднимается. Правительство надавило или, может, корпорации. Не лучшие дни для журналистики.
— Думаешь, они видят во мне реальную угрозу?
— В каком смысле?
— Мы в ста пятидесяти триллионах миль от дома. Я для землян — просто киношка. Интересные картинки, никаких проблем. Если вес'хар займутся нами вплотную, они не остановятся.
— Да. Мджат произвел на меня неизгладимое впечатление.
— Проследи, чтобы на других он произвел не меньшее. Эдди помолчал, а потом понимающе улыбнулся.
— Знаешь, Шан, у тебя чертовски хорошо получается. Она вернула ему улыбку.
— Знаешь, Эдди, на этот раз я была с тобой предельно откровенна.
Его улыбка померкла. И ее тоже. Оба опустили глаза.
— Я сегодня посплю на террасе, — сказал Эдди. — Ночь такая теплая. Хочу полюбоваться на звезды. — Он кивнул в сторону Араса. — Кроме того, мне кажется, тебе надо уладить кое-какие дипломатические отношения со своим стариком.
— Это точно.
Она дождалась, пока за Эдди закроется дверь. А потом позволила себе ухмыльнуться.
Да, у нее чертовски хорошо это получается.
Глава четырнадцатая
Если мы почитаем нечто злом и имеем право предотвратить это зло, постараться сделать это — наш долг, и к чертям последствия.
Виконт Лорд Альфред Мильнер, 1854—1925
— Это самое трудное из всего, что мне когда-либо приходилось делать, — вздохнула Шан.
На самом деле не самое трудное, вовсе нет. Но стоять перед алтарем церкви Святого Франциска в сердце подземной колонии Константин действительно было нелегко. Шан чувствовала свет, льющийся через витражное стекло позади нее, и он будто прожигал ее насквозь. Не самое приятное место для атеистки, пусть даже и бывшей.
Она переводила взгляд с одного обеспокоенного лица на другое. Здесь сегодня собрались люди, которых она знала и которые некогда доверяли ей.
— Вам необходимо покинуть Константин. Нужно вывезти отсюда всех.
Ни движения, ни голосов. Шан готовилась к другому. Опыти чутье подсказывали, что нужно готовиться встретить сопротивление. Реакция оказалась другой, непредвиденной, и она продолжила. Краем глаза Шан видела Джоша. Но не Араса.
— Сложилась крайне напряженная политическая ситуация. Земля послала в эту систему еще один космический корабль, не спросив разрешения ни у вес'хар, ни у исенджи. Вы знаете вес'хар, возможно, лучше, чем я сама. Они сейчас принимают крайние меры.
Кто-то в передних рядах вздохнул. Вопросов все еще не задавали.