— Я должен буду сказать «нет». Но ты попытайся.
— Предлагаю сделку. Я тебе выдаю военные планы вес'хар на ближайшие месяцы. А ты приносишь мне образец.
— Образец чего?
— Тканей исенджи. Нужны их ДНК. Ты же обаяшка и все такое…
— А зачем мне это нужно?
— Ты же знаешь, какие умные и злобные эти ублюдки вес'хар. А еще у них есть большие сестрички, которые еще хуже.
— Шазза, больше фактов.
— Ладно. Они собираются заселить Безер'едж искусственно созданными патогенными микробами, смертельно опасными для людей. Они создали их на основе моей ДНК. Это очень-очень большой знак «Опасная зона», поверь мне.
Эдди все еще держал в руке наполовину полный бокал вина и изучал его содержимое с неестественным усердием.
— И они хотят заполучить ДНК исенджи для тех же целей.
— Угадал.
— А что если матриархи решат создать с помощью этого оружие?
— Ну, тогда от Земли ничего не останется, но посмотри на это с другой стороны. Они могли десять раз спалить Юмех к чертовой бабушке, но исенджи на них не нападали, так что и вес'хар не атакуют их на родной планете. Думаю, если люди продемонстрируют тот же здравый смысл, им ничего не грозит.
— Ох, и не нравится мне это «думаю».
— Эдди, через какое-то время они разберутся, как вычленить нужные гены из моего генома. Во мне все-таки есть кое-что от исенджи. Потому-то у меня и работает генетическая память, как у Араса. — Она продемонстрировала огоньки на руках. — И кое-что от безери. Так что мы почти семья.
— Как ты подхватила с'наатат?
— Арас влил мне в рану свою кровь, когда меня подстрелили. Это спасло мне жизнь. Так как, сделаешь?
— Обещаешь, что это не будет использоваться для нападения?
— Верь мне.
— У тебя редкий дар убеждения, Шан.
— Я серьезно, Эдди. Ты как никто другой способен оценить реальную угрозу для людей. Поможешь?
— Сделаю все, что в моих силах.
— Спасибо.
— Не благодари. Фолкленды.
— Не поняла.
— Эпизод в военной истории двадцатого века. Когда-нибудь, может, почитаешь об этом. Я читал рапорты офицеров британских ВМС. Они на борту военных кораблей в боевой зоне Фолклендских островов, в Сан-Карлос-Уотер, слушали радио, и по радио рассказывали о военных планах Британии.
А морякам оставалось только ждать новых атак со стороны аргентинцев. Правительство слило репортерам всю информацию. А моряки сидели и слушали, зная, что все их планы полетели к чертям. Я не знаю, кто больше виноват в том, что военные секреты стали достоянием гласности, правительство или репортеры, но с того дня мы уже не можем больше притворяться сторонними наблюдателями. — Эдди почесал подбородок, будто внезапно застеснялся своего страстного монолога. — Сложно сказать, повлиял ли тот факт на развитие событий, но я все время задаю себе вопрос, как бы я поступил. Так часто можно просто отойти в сторонку и сказать, что ты просто делал свою работу…
Шан не знала, честен ли Эдди или же разыгрывает спектакль. Он выглядел как человек, погруженный в свой собственный мир и сражающийся с собственными демонами. То, что Эдди способен на такую борьбу, умилило ее. Но если он просто прикидывается, она его убьет.
И Шан вдруг поняла, что сейчас мыслит по-вес'харски буквально.
Вес'хар сейчас на пороге блокады. Война будет не менее ожесточенной, чем последнее столкновение с исенджи. Вес'хар так мало, а людей и исенджи так много… Но рассказывать ему об их отчаянном положении ради того только, чтобы добиться его симпатии и сочувствия, она не станет.
— Что мне нужно сделать?
— Добудь какой-нибудь клеточный материал, может быть, жидкости…
— Мы не настолько хорошо ладим.
— В общем, ты понимаешь, да?
— А… — выдохнул Эдди, будто вспомнив что-то. — А почему бы не попросить юссисси? Они шныряют туда-сюда, только шорох стоит…
— Вес'хар ни за что на свете не станут компрометировать их нейтралитет. Всю грязную работу сделают сами.
— Вот почему ты им так нужна.
— Я бы тоже не стала связываться с юссисси. Это как разнимать солдат, дерущихся в баре. Надаешь тумаков одному — все поднимутся против тебя.
Эдди осушил бокал и оглянулся, чтобы посмотреть, где Арас.
— На твою задницу идет чертовски серьезная охота, — тихо проговорил он. — Я знаю, ты из не тех, кто прячется, но я бы на твоем месте особо не высовывался.
— Ценю твою заботу.
— На Земле срезали мой репортаж.
— Обо мне?
— О с'наатате. Только что отдел новостей вопил от восторга, получив эту историю, и вот уже сообщают, что этот вопрос больше не поднимается. Правительство надавило или, может, корпорации. Не лучшие дни для журналистики.
— Думаешь, они видят во мне реальную угрозу?
— В каком смысле?
— Мы в ста пятидесяти триллионах миль от дома. Я для землян — просто киношка. Интересные картинки, никаких проблем. Если вес'хар займутся нами вплотную, они не остановятся.
— Да. Мджат произвел на меня неизгладимое впечатление.
— Проследи, чтобы на других он произвел не меньшее. Эдди помолчал, а потом понимающе улыбнулся.
— Знаешь, Шан, у тебя чертовски хорошо получается. Она вернула ему улыбку.
— Знаешь, Эдди, на этот раз я была с тобой предельно откровенна.
Его улыбка померкла. И ее тоже. Оба опустили глаза.
— Я сегодня посплю на террасе, — сказал Эдди. — Ночь такая теплая. Хочу полюбоваться на звезды. — Он кивнул в сторону Араса. — Кроме того, мне кажется, тебе надо уладить кое-какие дипломатические отношения со своим стариком.
— Это точно.
Она дождалась, пока за Эдди закроется дверь. А потом позволила себе ухмыльнуться.
Да, у нее чертовски хорошо это получается.
Глава четырнадцатая
Если мы почитаем нечто злом и имеем право предотвратить это зло, постараться сделать это — наш долг, и к чертям последствия.
Виконт Лорд Альфред Мильнер, 1854—1925
— Это самое трудное из всего, что мне когда-либо приходилось делать, — вздохнула Шан.
На самом деле не самое трудное, вовсе нет. Но стоять перед алтарем церкви Святого Франциска в сердце подземной колонии Константин действительно было нелегко. Шан чувствовала свет, льющийся через витражное стекло позади нее, и он будто прожигал ее насквозь. Не самое приятное место для атеистки, пусть даже и бывшей.
Она переводила взгляд с одного обеспокоенного лица на другое. Здесь сегодня собрались люди, которых она знала и которые некогда доверяли ей.
— Вам необходимо покинуть Константин. Нужно вывезти отсюда всех.
Ни движения, ни голосов. Шан готовилась к другому. Опыти чутье подсказывали, что нужно готовиться встретить сопротивление. Реакция оказалась другой, непредвиденной, и она продолжила. Краем глаза Шан видела Джоша. Но не Араса.
— Сложилась крайне напряженная политическая ситуация. Земля послала в эту систему еще один космический корабль, не спросив разрешения ни у вес'хар, ни у исенджи. Вы знаете вес'хар, возможно, лучше, чем я сама. Они сейчас принимают крайние меры.
Кто-то в передних рядах вздохнул. Вопросов все еще не задавали.
— Они собираются навсегда предотвратить возможность высадки единственным известным им способом. Заселят эту планету микроорганизмами, которые будут убивать людей и исенджи. Боюсь, это касается и вас. Но есть и хорошие новости. Если вы согласны улететь отсюда, вы сможете начать новую жизнь на Вес'едже. Вам предоставят там убежище.
Лица — каменные. Может, я как-то непонятно изъясняюсь?
— Какие есть вопросы?
— Сколько времени у нас в запасе? — подала голос женщина из первого ряда. Сабина Месеви, ботаник с «Фетиды», которая приняла веру и решила остаться. Шан не заметила ее сразу, и это плохо, потому что обычно она видела в толпе буквально каждого.
— Самое большое — два месяца. Вам помогут собраться и перевезти все имущество. Мне жаль, что так получилось.
Месеви не унималась.
— А биобарьер нас не защитит?
— Вес'хар снимают его. Они не хотят, чтобы Безер'едж стал плацдармом для какой-то из сторон.