Я в шоке, что за секс мужчины готовы дарить цветы эскортницам. В шоке, что они покупают сумки и туфли. Не только Ае. Индира и Катя тоже усыпаны подарками. При этом они не выглядят несчастными.
— Ай, — проникаю в комнату. — Тут тебе принесли.
— Что-о? — спрашивает она заспанно.
Хлопает наращенными ресницами и принимает букет.
Стараюсь не замечать мелких синяков на ее бедрах, но взгляд все равно к ним примагничивается. Этот Главарь — просто зверь. Похотливое, грубое животное.
Теперь после разговора с Ирой, я осознаю, что, скорее всего, неудачи, постигшие меня в эту неделю, связаны именно с этим мужчиной. Вернее, с его нездоровым интересом.
И даже прекрасный букет кажется чем-то вроде плевка в мою сторону. Как и ремень «Прада», который я таскаю на новеньком клатче.
Выбежав из комнаты, набираю менеджеру.
— Рубен, привет.
— Привет, Злата, — отвечает он устало. — Че звонишь?
— Как дела с работой сегодня? — требовательно спрашиваю.
— Хм… Даже не знаю.
— Ты говорил, что у тебя как на заводе, — срываюсь.
— Ага, говорил.
В его голосе чувствуется издевка, которая меня раздражает. Это не шутки. Я на заработки приехала, а не букеты Айке в постель таскать.
— Смотри, сегодня есть ужин с шейхом. Пойдешь?
— Что надо делать? — с энтузиазмом спрашиваю. — Я английского не знаю. Вернее, знаю, но не очень хорошо.
Ясно-понятно, вру.
Дальше «Май нэйм из Злата. Айм фром зэ Пьянково» я не уеду. При всем желании.
— Это минус, курочка моя. Но я договорюсь.
— Спасибо, Рубен, — в сердцах говорю.
— Оденься поярче. Цацки какие-нибудь у девок возьми, но без перебора.
— Спасибо еще раз!
Предстоящий вечер немного страшит, но я рада, что дело сдвинулось с мертвой точки.
А еще мне все показалось. Амир Хаджаев здесь вовсе ни при чем.
Глава 7. Злата
— Ты давно с Рубеном работаешь? — спрашивает Камилла, губастая брюнетка примерно моего возраста.
— Нет, — отвечаю скованно.
Сжимая хрупкую ножку высокого бокала, пристально смотрю, как ярко взрываются пузырьки в холодном шампанском. Прикрываю глаза и отчаянно представляю себя на их месте.
Мне тоже хочется ощущения легкости и беззаботности. Или хотя бы раскрепощенности, как у красивых девушек, сидящих со мной за одним столом.
Но пока не получается…
До спокойствия и ленивого выражения а-ля «я поимел весь этот мир» на лице у мужчин, мне тем более далеко.
Соревноваться в остроумии с Амиром в мой первый вечер, оказывается, было весело и… безопасно, что ли.
Это удивительно.
— Почему вы ничего не едите? — спрашивает батлер на чистом русском. Именно с этим помощником шейха до начала ужина разговаривал Рубик.
Стараясь все так же ослепительно улыбаться, с достоинством убираю волосы за плечо и отвечаю одному из шейхов. Тому самому, который весь вечер черных глаз с меня не сводит.
— Ай эм нот хангри. (Я не голодна — Прим. авт.)
В животе именно на этих словах неприлично урчит, но из-за легкой джазовой композиции в исполнении саксофониста, никто, слава богу, этого не слышит.
Оставшиеся полдня до ужина, я посвятила усиленному курсу английского языка для молодой эскортницы. Я даже «секса не будет» выучила.
Окидываю взглядом стол, заставленный белоснежными блюдами с интересными по форме и цвету произведениями молекулярной кухни. После того как я в начале вечера съела белоснежную пену с противным вкусом речных ракушек, пробовать что-то еще расхотелось.
Вообще, мне даже жалко стало этих шейхов, соблюдающих диеты.
Им бы мамины котлетки из молодой говядинки. Да с пюрешкой без комочков. Да под молочко парное.
М-м-м. А не вот это все, искусство, мать его. Может, и посимпатичнее бы стали султаны. Не такие угрюмые и страшные.
Их, кстати, трое, но они почти одинаковые на вид. Худосочные, сморщенные и усатые. В белых кандурах и платках.
— Тухлый вечер, — снова пристает Камилла, когда мы вместе отправляемся в туалет. — Много не заработаешь. Еще и девок больше десяти привезли.
— Почему много не заработаешь? — спрашиваю главное.
Я все-таки надеюсь получить свои пятьсот долларов, который Рубен пообещал за сегодняшний вечер.