— Никто не может прыгать так, как Акробат!
— Он прыгает выше и дальше всех!
— Он обогнал Шизанутого на трассе у старого Шарикоподшипникового завода!
— Он и тебя обгонит на любой трассе!
Я нарочито насмешливо усмехнулся:
— Меня — не обгонит!
Возмущенные и негодующие крики прозвучали одновременно:
— У тебя не получится!
— Никогда не сможешь!
— Акробат обгонит тебя, как стоящего!
Наконец, заговорил сам Акробат:
— Хочешь со мной посостязаться?
— Хочу попробовать, — ответил я.
— Ну, хорошо, — Акробат неторопливо осмотрелся, потом показал пальцем. — Видишь рекламный щит «Форт»?
— Вижу.
— Доберешься до него раньше меня?
Этот украшенный разноцветными лампочками щит, рекламирующий империканские автомобили, был установлен на краю крыши соседнего корпуса. Корпус был ниже нашего на один этаж, так что его крыша была ниже той, на которой находились мы, метра на три-четыре. Кроме того, сами корпуса находились на расстоянии пяти метров друг от друга. Так что для того, чтобы добраться до щита, надо было совершить смертельно опасный прыжок. Слой снега на крыше увеличивал риск поскользнуться во время разбега. Наверняка, Акробат рассчитывал, что я струшу и откажусь от состязания. Такого же мнения придерживались и его ученики, глядевшие на меня с насмешливыми ухмылками.
Я спокойно произнес:
— Доберусь.
Улыбки сползли с лиц прыгбежцев, даже сам Акробат, как мне показалось, готов был отказаться от своего предложения. Должно быть, все прикидывали, какие неприятности им грозят в случае моего падения с высоты нескольких этажей.
— Лучше начинать прямо сейчас, — сказал я. — А то солнце скоро сядет.
— Ты куртку снять не хочешь? — спросил у меня Подарок.
— Нет. Она мне не помешает.
— Как знаешь…
Акробат еще несколько секунд колебался, а потом, решившись довести предложенную игру до конца, сказал:
— Ладно! На счет «три». Готов?
Я кивнул:
— Готов.
— Раз, два, три!
Мы побежали по крыше, огибая препятствия на пути к ее краю. Вентиляционную шахту мы обежали с разных сторон. Акробат перепрыгнул пучок толстых кабелей, тянущихся по крыше. Я нагнулся, пробегая под какими-то трубами. Следовало так выбирать направление, чтобы для разбега перед прыжком иметь перед собой достаточно длинный и ровный участок крыши. Вообще-то мне разбег был не нужен. Я вообще не бежал в обычном смысле этого слова, а скользил по воздуху, едва касаясь снежного покрова, и только для вида переставлял ноги. Я не переставал контролировать местонахождение Акробата и старался держаться в пяти-шести шагах впереди него. Он также краем глаза следил за мной, и мой успех заставлял его двигаться на пределе человеческих возможностей. Остальные прыгбежцы бежали за нами, чтобы посмотреть на наши прыжки.
И вот до края крыши осталось менее десяти шагов. Я увеличил скорость и оттолкнулся правой ногой от невысокого парапета. Из-за сумерек асфальт внизу сливался с тенями. Подо мной разверзлась темная бездна, бездонная щель с бетонными стенами. Если бы я был обычным человеком и не держался в воздухе силой магии, то никогда не решился бы на такой прыжок.
Несколько мгновений полета, и мои ноги коснулись крыши соседнего корпуса. В этот момент прыгнул Акробат. И вновь я ощутил, как он использует заклинание левитации. Оно было довольно простым, состоящим из нескольких слов, которые Акробат произносил про себя. Долгие упражнения привели к тому, что короткая фраза включала заранее отработанный процесс уменьшения веса тела.
Когда Акробат приземлился, я преодолел уже пятую часть расстояния до щита. Мне было интересно, является ли левитация единственным известным Акробату заклинанием, или он использует еще что-нибудь магическое, чтобы меня опередить.
Видимо, Акробат впервые столкнулся с превосходившим его соперником. Угроза проигрыша придала ему силы и лишила осторожности. Он вновь произнес заклинание и рванулся вперед длинным прыжком, преодолев сразу десяток шагов. Еще заклинание, прыжок, и он перемахнул двухметровую надстройку над выходом на крышу, вместо того, чтобы обегать ее вокруг. Еще несколько отчаянных рывков, и Акробат почти догнал меня. Но тут я ускорил свое перемещение и легко оторвался от преследования. Акробат попытался догнать меня, однако его силы были на исходе. Он не приземлился на ноги после очередного прыжка, а перекатился через плечо, амортизируя касание о крышу.
Вскоре я сидел на нижних металлических опорах рекламного щита и разглядывал стоявшего передо мной Акробата. Маг по обучению наклонился, уперев руки в колени, и тяжело дышал, со свистом вдыхая и выдыхая холодный воздух. Он был истощен не только физически, но и на более тонком энергетическом уровне.
— Ты играешь в опасные игры, — сказал я.
— Как тебе удалось?... — выдавил из себя Акробат.
— Как я тебя обогнал? — переспросил я. — Ты что же, до сих пор не догадался?
Акробат выпрямился и посмотрел на меня:
— Теперь понятно. Ты тоже учился тайному искусству. Я должен был раньше сообразить.
— Ты почти угадал.
— Ты умеешь больше, чем я.
— Да.
— Откуда?
— Сначала я хотел бы узнать, откуда ты сам узнал заклинание левитации.
— Я первый у тебя спросил.
— А я победил тебя в состязании. Поэтому сначала вопросы буду задавать я.
Акробат уже почти отдышался, хотя энергетика его организма восстанавливалась значительно медленнее. Он пристально на меня посмотрел:
— Ты говоришь, как на допросе.
— На допросе? Я сказал, что ты играешь в опасные игры. И я имел в виду не только твои прыжки. Упасть с крыши — это просто ерунда по сравнению с другими последствиями твоих действий. Ты никогда не слышал про истребителей магов?
Акробат усмехнулся:
— Ты хочешь сказать, что какие-нибудь ученые или военные, узнав о магии, захотят изучить ее? Используют меня, как подопытную крысу? Разрежут на кусочки в лаборатории? Так это и так понятно. Поэтому я и не стал углубляться в книги. Мне достаточно тех сил, которыми я овладел. Я не собираюсь привлекать к себе внимание.
— Но я-то тебя заметил. И другие заметят. И тогда ты очень пожалеешь, что привлек их внимание.
— Не заметят, — не слишком уверенно произнес Акробат.
— Ты сказал про книги. Что это за книги?
— А почему я должен перед тобой отчитываться?
Я вздохнул и встал на ноги:
— Похоже, ты так привык к своей исключительности, что даже моя победа над тобой не прибавила тебе вежливости. Тогда я сделаю так…
Я повел рукой, и, повинуясь моему движению, весь видимый мир горизонтально повернулся вокруг нас на несколько градусов. Вывеска «Форт», окрестные дома, закат солнца — все сдвинулось в зависимости от удаленности. Крыша здания ушла из-под наших ног, сместилась на три десятка метров, и мы с Акробатом оказались стоящими в воздухе прямо над Нагадинской улицей. Под нашими ногами проезжали автомобили, казавшиеся сверху детскими игрушками.
Вообще-то на самом деле я погрузил Акробата в майю, так что поворот всего мира, выглядевший столь эффектно, произошел только в его сознании. Мы по-прежнему физически находились на крыше, но моя майя создавала полную иллюзию зависания в воздухе.
— Так понятнее? — спросил я.
Акробат, казалось, едва стоял на подгибавшихся коленях. На его лице блуждала смесь ужаса и восторга.
Я повторил вопрос:
— Теперь тебе понятно, кто должен спрашивать, а кто — отвечать?
— Кто ты? — выдохнул Акробат
— Я — не человек. Мои силы превосходят твои так же, как ты сам превосходишь… нет, не обычных людей, а земляных червяков. Такое соответствие более точное. И если я обратил на тебя свое внимание, то лишь для того, чтобы предостеречь, подсказать и помочь. А ты, вместо того, чтобы с благодарностью внимать мне, продолжаешь изображать из себя великого героя и всемогущего мага.
— Ты — Калки?
— Да, — я был приятно удивлен. — Ты слышал обо мне?
— Слышал. И раньше, и недавно. Слухи… Мне никто ничего не говорил, но я слышал обрывки разговоров отца с дедом… И догадался, что грядет Судья…
— Стоп! — скомандовал я, — Рассказывай все по порядку!