— Таналаста, пожалуйста, не надо. Если ты пойдёшь со мной, то это опустит меня до уровня Гаспара и Ксанофа.
— Ты никогда не станешь таким же, как они.
— Я бы стал, если бы ставил свои желания выше клятвы Пурпурного Дракона, — ответил Роуэн и отвел Таналасту в сторону, подальше от маленькой змейки, которая, как и все в этих землях, могла оказаться ядовитой. — Я разведчик, и моё задание — найти Вангердагаста и сообщить ему ваш путь. А ты, в данный момент, учёный, который обладает важной информацией, которую непременно должен узнать король и Придворный Маг.
— И я передам. Когда мы с тобой вернёмся в Арабель.
Роуэн покачал головой.
— С Алусейр тебе будет безопаснее.
— Серьезно? — Таналаста демонстративно взглянула на болезненно выглядящих рыцарей. — Ты думаешь, что хазнеф будет легче найти двух людей, двигающихся быстро и незаметно, чем отряд калек?
— Конечно нет, но ты же еще слишком слаба.
— Сибурт сказал, что скоро все пройдёт. Температура пошла на спад и…
Таналаста замолчала. Роуэн был, когда священник исцелял её, и он слышал все, что он сказал. Женщина отвернулась и сделала шаг в сторону отряда, а затем остановилась и посмотрела через плечо.
— Ты не хочешь, чтобы я шла с тобой?
Роуэн поник. Женщина все поняла. Она высвободила руку и пошла к отряду.
— Таналаста, я не сомневаюсь в твоих способностях, просто…
Принцесса резко обернулась.
— Этого достаточно, Роуэн. И ты можешь звать меня принцесса Таналаста, если так тебе будет удобнее.
Вангердагаст услышал приглушенный стук среди дряхлых сосен, но не смог определить, с какой стороны от дороги он был, и тут же остановился, подняв руку. Весь Особый Королевский Отряд, шедший в строю за спиной Придворного Мага, замер на месте. Вангердагаст услышал лязг мечей готовящихся к бою рыцарей. За последние полтора дня отряд потерял около десяти человек из-за постоянных орочьих засад и стремительных атак хазнеф. Теперь даже писк белочки настораживал Особый Королевский Отряд.
Маг обернулся к отряду.
— Мы могли бы быть тише?
Он подождал, пока все шепоты и звуки утихнут, а потом вновь посмотрел вперед. Долина представляла собой множество змеевидных дорожек, огражденных склонами, поросшими дряхлыми соснами. Из-за сосен доносился стук, который время от времени будто менял положение и мог напоминать либо стук копыт, либо взмахи крыльев.
Кадимус принюхался, а затем из-за сосен выбежала рыжая кобыла без стремян и наездника, а лишь с седельными сумками, и ворвалась в долину, не замечая ни Вангердагаста, ни Особый Королевский Отряд. Рядом с кобылой парил хазнеф, который пытался нагнать её и нанести удар в бок.
Придворный маг поднял руку и, произнеся пару слов, выпустил дюжину золотых снарядов в монстра. Хазнеф не успел защититься, и магия отбросила его назад, бросая тело на деревья и ломая ветки. Пурпурные Драконы тут же бросились на хазнеф — за последние два дня они научились тому, что медлить с этим чудищем нельзя, а Вангердагаст натянул поводья и отправился вслед за лошадью без наездника. Он узнал её.
Это была лошадь Таналасты.
Лошадь не фыркала, не издавала жалобных звуков, а просто остановилась, закрыла глаза, и легла на землю. Таналаста смотрела на Алусейр, которая лениво дёрнула поводья лошади, а когда та не двинулась, девушка лишь сильнее потянула их на себя.
Но Таналасту заботило не это. Как она могла настолько ошибиться в чувствах Роуэна? Их поцелуй был таким искренним, но она читала, что мужчины переживают такие моменты, скорее, физически, нежели духовно. Может, он нуждался в чем-то…единовременном? Все её влечение к Роуэну было вызвано его благородством. Таналаста жалела, что этот человек был таким добродетельным. А ведь если бы он её использовал, то у неё, хотя бы, было право злиться, а так она могла лишь смущаться до тех пор, пока Роуэн не отправится к Вангердагасту.
Наконец, Алусейр перестала дёргать поводья. Это была уже вторая лошадь, умершая за десять часов. Она посмотрела на Таналасту.
— Ты что-то хочешь сказать?
Женщина лишь беспомощно развела руками.
— Я думала, что она сможет встать.
Алусейр злобно посмотрела на сестру, затем свистнула своим людям и, указав на умершую лошадь, сказала:
— Давайте, снимаем шлемы.
Мужчины застонали. Они потратили много сил, чтобы похоронить первую лошадь, дабы не привлечь стервятников или чего похуже, и им не нравилась перспектива заниматься еще одним погребением на ночь глядя, да и еще с тринадцатью лошадьми, которые могут преставиться в любой момент.