Вангердагаст понял план священника и крикнул отряду лучников:
— Эй вы! Помогите этому дураку! Если внутри Таналаста, то она с нас шкуру сдерет, если с ним что-нибудь случится!
Дюжина рыцарей бросились на стену, помогая Овдину. Маги подобрали с земли орочьи стрелы и последовали примеру Пурпурных Драконов. Вангердагаст некоторое время смотрел на них, а потом перевел взгляд в сторону орков, но из-за тёмного тумана не мог разглядеть ничего за пределами магического щита.
Придворный Маг огляделся по сторонам и увидел рыцарей, ведущих огонь по хазнеф. За каждой группой Пурпурных Драконов стоял один Боевой Маг, которой, с помощью магии, развеивал чёрный туман, что на время возвращало видимость лучникам.
Как только голоса магов стихли, вокруг замка появилась силовая завеса. Один хазнеф врезался в неё, издав леденящий кровь крик, хотя и выглядел, скорее, удивленным, нежели разозлённым. Три других монстра успели пролететь вперед до того, как магический щит сформировался и, прорвавшись сквозь тонкие ряды рыцарей, вонзили чёрные когти в Боевых Магов.
Один маг успел бросить в хазнеф заклинание паутины, заковав того в липкую ловушку, но два других монстра крепко схватили магов за плечи и подняли кричащих от боли и страха людей в воздух. Туча стрел вылетела вслед за хазнеф, но те ловко увернулись и выпустили своих жертв прямо над толпой орков. Победоносный визг гоблиноидов свидетельствовал о гибели бедолаг.
Несколько рыцарей бросились к хазнеф в коконе. Паутина уже начала терять свой цвет, и, казалось, Пурпурные Драконы растерялись, не зная, как атаковать монстра. Тогда, один мужчина со всей силы вонзил клинок в кокон, что вызвал яростный рёв. Рыцарь попытался вытащить меч назад, но паутина не выпускала его, и тогда мужчина начала тянуть меч на себя и от себя, расширяя и ухудшая рану хазнеф. Другие Пурпурные Драконы последовали его примеру, и монстр завизжал, когда несколько мужчин вонзили в него железные мечи и начали рвать его плоть.
Внезапно, хазнеф затих, а земля под ногами рыцарей раскололась, а сильнейший поток жёлтого вонючего дыма поднял кокон и мужчин в воздух. Некоторые рыцари прицепились к кокону и их голоса стали хриплыми из-за едкого дыма. Пара человек освободилась от липкой ловушки и упала на землю, а поток дыма исчез так же резко, как и появился.
Кокон с прилипшими к нему мужчинами упал в дыру в земле, лишь для того, чтобы быть подброшенным вверх столпом огня, который выжег бронированных рыцарей до костей. Паутина же просто сгорела, и в воздухе остался висеть хазнеф, который жутко хихикнул и набросился на Боевого Мага, подхватив того раскалёнными когтями и унеся вдаль, его сквозь магическую завесу.
Четверо хазнеф вернулись к магическому барьеру, но волна стрел и заклинаний отогнали их. Земля раскалывалась тут и там, выпуская из себя язычки пламени, а воздух наполнился запахом серы, из-за которого Пурпурные Драконы и маги начали кашлять и хвататься за горла, а испуганные лошади вырывались и бежали к краю лагеря, но не могли пройти через защитное поле и продолжали бегать в поисках выхода.
Маги отчистили воздух с помощью магии, но Вангердагаст все равно выругался.
До сих пор хазнеф не использовали таких приёмов против Особого Королевского Отряда, и Придворному Магу было страшно подумать, что они могли еще приготовить. Вся его стратегия сводилось к тому, что отряд должен был держать врагов подальше достаточно долго, чтобы успеть открыть двери крепости, быстро осмотреть её и скрыться, но, кажется, и с этим будут проблемы.
Вангердагаст отбросил одного хазнеф в сторону ледяной бурей и повернулся к Овдину. Он и его помощники продолжали неистово бить стену, отбивая от неё куски грязи и других хрупких материалов, и уже проделали тоннель длинной в два фута. Вангердагаст бросился к священнику и, не желая, чтобы он первый попал в крепость, взял его за плечо и отдёрнул назад.
— Пусть первыми идут Пурпурные Драконы, — выпалил маг. — Таналаста не простит меня, если с тобой что-то случится.
— Конечно. Это было бы столь же прискорбно, как если бы её освободил кто-нибудь другой, — выстрелил Овдин и вырвался из хватки мага, однако не вернулся к рыцарям, ломающим стену, а лишь пожал плечами. — Играйте в свои игры, если хотите, Придворный Маг. Для Таналасты это не имеет никакого значения.
Вангердагаст сдержал язвительный ответ, ведь знал, что он лишь подтвердит правоту мага. Таналаста была проницательной женщиной, а с тех пор, как она стала упрямой, Вангердагаст сомневался, что спасение от руки мага заставит её изменить свои убеждения.