— Ты не бесполезна! Ты делаешь все возможное для нас обоих. Мы просто должны продолжать бороться.
Но в тот момент мне было трудно поверить в его слова. Я чувствовала себя изолированной от мира; все вокруг казалось таким легким и простым для других людей.
С каждым новым циклом ожидания и разочарования моя тревога только усиливалась. Я стала избегать общения с друзьями, которые уже стали родителями или ждали ребенка; их радость только подчеркивала мою боль.
Однажды я встретила свою подругу в магазине; она была беременна и сияла от счастья. Когда она подошла ко мне и начала рассказывать о своих планах на будущее, я почувствовала прилив злости.
— Как ты можешь быть такой счастливой? — вырвалось у меня неожиданно.
Она удивленно посмотрела на меня:
— Полина, что случилось? Ты ведь всегда была такой позитивной…
Я не знала, как объяснить ей свои чувства; просто развернулась и ушла из магазина с горящими от слез глазами.
Вернувшись домой, я снова расплакалась в объятиях Кирилла:
— Почему кто-то рожает как кошки, а кто-то хочет и не может? Это так несправедливо!
Он молчал некоторое время, а потом тихо сказал:
— Жизнь иногда бывает жестокой… Но это не значит, что мы должны сдаваться.
Я знала это; но в тот момент мне было трудно видеть свет в конце туннеля. Мы продолжали наши попытки забеременеть: следили за циклом, делали тесты и проходили обследования у специалистов. Каждый раз надежда переполняла меня перед тестом на беременность; но каждый раз она оборачивалась горьким разочарованием.
С каждым месяцем моя обида росла: обида на судьбу за то, что она так несправедлива; обида на себя за то, что не могу дать Кириллу то, о чем он мечтает; обида на других женщин за то, что они могут легко стать матерями. Мне казалось что прошло очень много времени. Каждый отрицательный результат кощался мне чем-то не выносимым. И когда мне говорили, что ты расстраиваешься ты ведь не 10 лет планируешь, а только год. Моя злость и обида росла ещё сильнее, что меня не понимают женщины.
В один из таких тяжелых вечеров я решила написать письмо себе будущей матери:
«Дорогая будущая мама,
Я знаю, что ты сейчас переживаешь трудные времена. Ты хочешь стать матерью больше всего на свете; но пока это кажется недостижимым мечтой. Не теряй надежды! Ты сильная и сможешь преодолеть все преграды на своем пути.
Помни: твоя ценность не измеряется тем, сможешь ли ты стать матерью или нет. Ты любима и важна для тех людей вокруг тебя».
Когда я закончила писать письмо и прочитала его вслух Кириллу, он обнял меня крепко:
— Ты невероятная ! И независимо от того, как сложится наша история — ты всегда будешь замечательной женщиной!
Эти слова немного успокоили мою душу; но тревога оставалась со мной каждый день. Мы продолжали бороться за нашу мечту о ребенке — несмотря ни на что.
Прошло еще некоторое время, и я погрузилась в свои мысли о беременности так глубоко, что забыла о всем остальном. Работа, хобби, друзья — все это стало второстепенным. Я перестала встречаться с подругами, которые не понимали мою боль, и даже не могла сосредоточиться на своих увлечениях. Каждый день я просыпалась с одной мыслью: «Сегодня может быть тот самый день». Но каждый вечер заканчивался разочарованием.
Кирилл старался поддерживать меня, но я видела, как его собственная надежда начинает угасать. Он работал усердно, чтобы обеспечить нас обоих, но вскоре пришла плохая новость: его сократили с работы. Я помню тот день, когда он пришел домой с потухшим взглядом.
— Меня уволили… — произнес он тихо.
Я почувствовала, как в груди что-то сжалось. Мы оба знали, что это было тяжелым ударом для нас. Теперь у нас не было стабильного дохода, а значит — и шансов на будущее.
Я попыталась найти работу, но в условиях кризиса это оказалось сложнее, чем я думала. Каждый раз, когда я получала отказ, мне становилось все тяжелее. Я чувствовала себя бесполезной и никому не нужной. В конце концов меня уволили с работы — моя начальница сказала, что не может позволить себе держать человека без мотивации.
Теперь мы остались без работы и средств к существованию. Я помню тот момент, когда хозяйка нашей квартиры позвонила нам и сообщила ужасную новость: она продала квартиру и нам нужно было съехать в течение двух дней.
— Как это возможно? — спросила я в недоумении.
— Извините, но у меня нет выбора. Я должна освободить квартиру для новых жильцов.
Слезы накатывались на глаза; идеальная картинка нашей жизни разрушалась на глазах. Мы оказались в ловушке: без работы и без жилья.