— Мы ждем вас дома! Ты сильная, ты справишься! Даша тоже справится!
Слезы снова потекли по моим щекам, но теперь это были слезы надежды. Я знала, что они рядом со мной даже на расстоянии.
Каждый день проходил в ожидании новостей о Даше. Я старалась думать о том, что она борется за свою жизнь и что врачи делают все возможное для ее выздоровления. Но каждый раз, когда я слышала смех других мамочек или видела их радостные лица с детьми на руках, мое сердце снова разрывалось от боли.
Я мечтала о том моменте, когда смогу взять свою девочку на руки и прижать к себе так же крепко, как делали другие мамы. Каждый день я повторяла себе: «Все будет хорошо». И надеялась на то, что скоро мы будем вместе — моя семья снова соберется вместе вокруг нашей маленькой принцессы.
Через три дня меня выписали из больницы. Я чувствовала, как волнение переполняет меня, когда я покидала стены родильного отделения. Мое сердце стучало в унисон с надеждой и тревогой. Прямо бегом я направилась в отделение патологии новорожденных детей, где находилась моя Даша.
Когда я вошла в палату, увидела ее — такую маленькую и нежную. Она лежала в кювезе, окруженная трубками и капельницей на ноге. Мое сердце сжалось от боли, но в то же время я почувствовала невероятную любовь и желание быть рядом с ней.
Врач подошел ко мне и сказал:
— Динамика положительная. Мы видим улучшения. Вы можете сцедить свое молоко и дать ей из маленькой бутылки.
Он показал мне стеклянную бутылочку, размером с мой большой палец, с маленькой темно-коричневой соской. Я взяла ее в руки и почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза от счастья.
— Это моя возможность помочь ей! — прошептала я.
Я быстро сцедила молоко и аккуратно наполнила бутылочку. Когда я подошла к Даше и начала кормить ее, мое сердце наполнилось радостью. Я смотрела на ее крошечное личико, на то, как она сосет соску, и молилась о том, чтобы мое молоко стало для нее лекарством.
Каждый глоток был для меня как маленькое чудо. Я чувствовала, что это не просто еда — это моя любовь, моя забота и надежда на выздоровление. И действительно, вскоре врачи заметили улучшения в состоянии Даши: она стала более активной и начала реагировать на звуки.
Но остаться с ней мне не разрешили. Я чувствовала себя опустошенной от этой мысли, но понимала, что врачи знают лучше. Каждый день я приезжала в больницу, сцеживала молоко и кормила свою девочку из той самой маленькой бутылочки.
Каждый раз, когда я видела ее глаза — такие большие и полные жизни — мое сердце наполнялось надеждой. Я верила: каждое капля моего молока приближает нас к тому моменту, когда мы сможем быть вместе дома.
Время шло медленно, но каждый визит к Даше был для меня важен. Я разговаривала с ней о том, как мы будем гулять по парку вместе с папой и Юрой, как будем читать ей сказки перед сном. Я рассказывала ей о том мире за пределами больничных стен — о солнце, о цветах и о том, как сильно мы ее любим.
С каждым днем я чувствовала себя все более уверенной: моя девочка борется за свою жизнь так же сильно, как я борюсь за нее. И хотя расстояние между нами было физическим, наша связь становилась только крепче.
31 глава
Спустя долгие тянущие дни, когда каждое утро начиналось с надежды и ожидания, пришел тот момент, которого я так долго ждала. Я приехала к Даше и увидела что она лежит уже в обычной детской кровати. Врач вошел в палату с улыбкой на лице и сказал:
— У вас отличные новости! Даша здорова!
Я не могла сдержать слез радости. Словно все тяжести последних недель вдруг упали с моих плеч. Я обняла врача, а затем, не дождавшись его ответа, бросилась к Даше. Она лежала в кроватке, такая же маленькая и нежная, но теперь уже без трубок и капельниц. Я прижала ее к себе и почувствовала, как она отвечает мне своим теплом.
— Ура! — закричала я от счастья.
Кирилл с мамой и Олегом устроили нам праздник. Они принесли воздушные шарики, торт и даже маленькие подарки для Даши. Дома царила атмосфера радости и веселья. Мы смеялись, делились впечатлениями о том, как пережили эти трудные дни, и строили планы на будущее.
Но радость была омрачена одной мыслью: Кирилл не работал все это время. Он оставался с Юрой, пока я лежала в роддоме и ждала Дашу из реанимации. Теперь нам предстояло столкнуться с реальностью — кредит нам платить нечем.
Когда праздник закончился и гости разошлись, я осталась наедине с Кириллом. Мы сидели на диване в нашем доме, окруженные подарками для Даши.