Уиф спустился вниз и уселся в кухне — ему не хотелось уходить из дому, он не решался даже пойти к себе в сарайчик, отвести там душу. Дженис накормила Паулу, уложила ее спать и приготовила ему поужинать.
— Первый раз в жизни вижу, чтобы она так скапустилась, — сказал Уиф. — Никогда прежде с ней такого не было.
— Перестаралась она. Всю ночь пекла. Устала, вот и все. Слишком много на себя берет.
— Ага! Да еще кое-что ей навязывают, — ответил он.
Дженис сдержалась, но, поскольку обвинения то и дело вклинивались в их прерывающийся зевками разговор, она решила расставить все точки. Ее не удержало то, что мать лежит в постели, что отец настроен к ней враждебно, — именно в такие минуты она испытывала потребность высказаться до конца и заявить о своих намерениях.
— Я подумываю, — начала она, — осенью вернуться в Каркастер.
— В колледж?
— Да. Мне сказали, что я могу вернуться, когда захочу. — Она заговорила быстро и сбивчиво: — Мне восстановят стипендию и все там. Так вот, я думала, что, если бы мне найти вечернюю секретарскую работу, я б зарабатывала достаточно, чтобы мама могла нанять какую-нибудь девушку смотреть за ребенком. Я думаю, это нетрудно будет сделать. Уверена, что кто-нибудь из выводка миссис Паттен согласится. Айрис только что кончила школу и пока что сидит без места. — Она помолчала. — К тому же она любит детей. Она у них всех остальных вынянчила; маме будет облегченье…
— Не понимаю я тебя, Дженис. Перестал понимать. Выходит, ты считаешь, что твоя мать согласится взять в дом кого-то смотреть за ребенком? То есть не в том дело, нужно ей это или нет, но неужели ты думаешь, что она согласится? А? То есть, выходит, ты вовсе ее не знаешь, если тебе даже мысль такая в голову могла прийти. Не понимаю я тебя, совсем не понимаю — видно, так оно и должно быть с этим твоим колледжем и вообще… но только и ты совсем перестала понимать нас. Неужели ты такой простой вещи в ум взять не можешь? А? Я на тебя не сержусь, вовсе нет, но как ты могла додуматься даже предлагать такое, когда сама знаешь, не можешь не знать, что это невозможно? Кончится это тем, что ты мать вконец расстроишь — то есть, я хочу сказать, неужели ты этого не понимаешь?
— Не вижу, почему это должно ее расстроить.
Уиф пожал плечами и уткнулся в газету. Он не представлял, как к ней подойти, все, что бы он ни сказал, грозило только ссорой и обидами.
— Но чего ты от меня хочешь? — не унималась Дженис. — Нет! Ты не прячься за газетой. Что, по-твоему, я должна делать? Оставаться здесь и жить на твоем иждивении? Постепенно взять на себя заботы о Пауле, потому что мама все больше устает? Этого ты хочешь? Или выйти замуж за Эдвина? Приискать себе кого-нибудь еще, ходить для этого на танцы — вдруг да кто-нибудь клюнет? Ты этого хочешь? Я не могу, папа! Я просто пропаду здесь. Мне здесь нечего делать. Сколько раз мне нужно повторять это… и выслушивать, как ты соглашаешься и делаешь вид, что понимаешь меня, а потом… все сначала… Ничего ты не понимаешь. Ничего! Ну? Что, по-твоему, я должна делать?
— Сказать тебе правду, я больше думаю о том, что будет делать твоя мать. Ты можешь за себя постоять. А она нет. Я сейчас о ней пекусь.
— Звучит довольно обидно.
— Нет, Дженис. Ты же не позволяешь мне печься о тебе, — задумчиво сказал Уиф. — Как я могу печься, если не знаю, в чем твоя беда. То есть знаю, конечно, знаю, что ты хочешь уехать… все это так, но то, как ты хочешь сделать это… как это у тебя получается… Тут я просто слов не нахожу, Дженис, и как же я могу беспокоиться о тебе, то есть я хочу сказать, помочь тебе — беспокоиться-то я, конечно, буду, хотя что толку, — так вот, как могу я помочь тебе, если слушаю я тебя и вижу, что не знаешь ты нас и никогда не знала?
— Как это я не знаю вас — конечно, знаю! Но это еще не дает тебе права говорить: «Мы не изменились, и, значит, ничего изменить нельзя». Кое-что изменилось. Появился ребенок. А теперь я хочу уехать. Это мое желание тоже не изменилось. Я должна зарабатывать этому ребенку на хлеб — что бы я там ни говорила маме, — поэтому я должна что-то изменить. Все, о чем я прошу, — это чтобы ты подумал, как это сделать? Только и всего.