Все они были беспорядочно разбросаны по лесу вокруг места падения Гэба. Картина выглядела так, будто отряд дозорных как раз был на пути к бессознательному наемнику, но все они попросту испарились.
Подобные догадки могли бы испугать любого человека, но не Гэбриэла. Глядя на это, он испытывал не просто страх, а истинный животный ужас, ведь узнал знакомый почерк. Подобный след мог принадлежать лишь одному человеку.
«Но это должно быть просто совпадение! — авантюрист попытался усмирить рой панических мыслей, — Этот гад уже давно должен был умереть просто от старости! К тому же здесь ему точно делать нечего. Разумеется, это совпадение! Просто совпадение!»
Однако испытывать удачу Гэб не стал. Как только мысли пришли в относительный порядок, он тут же дернул спицу и активировал в сапогах ветровые марки, оставленные на самый крайний случай.
Дикий свист разрезал тишину леса, а наемник резко взмыл и, ломая раскрытым энергощитом ветки, понесся к Карепу. Заряда этих артефактов надолго не хватит, да и услышат его задолго до подлета, но всяко лучше, чем оставаться на той проклятой поляне.
Когда шум ветра начал стихать, а тень Гэбриэла на фоне звезд стала едва различима, на той самой поляне показался некий силуэт. Сняв широкополую шляпу и подняв голову, он дал лунному свету осветить слезы на своих глазах.
Его цель была прямо перед его глазами. Лежала без сознания прямо у его ног. Но он не мог убить Гэбриэл сейчас. Не вернись авантюрист в поселок — стражи бы казнили всех его подельников.
Альдберг не мог допустить, чтоб кто-то другой посмел осквернить его жертв. Чтоб кто-то бессовестно убил их, не дав вкусить всю прелесть жизни!
Хоть Винсент и приказал ему не начинать действовать в пределах Гизехайма, Альдберг не мог позволить стражам схватить Гэбриэла, потому ему пришлось вмешаться. И потому каждый, кто посмел приблизиться к злополучной дыре в земле, сам же был в ней погребен.
Глава 9
Гордость Пламени Останков
Солнце едва начинало показывать свои первые лучи над горизонтом. Те мягко падали на пышные кроны деревьев, понемногу освещая и все находящееся под ними. В большинстве частей леса все еще царил полумрак и вряд ли бы вышло рассмотреть что-либо, кроме многочисленных стволов деревьев.
Однако не на северной окраине владений. Там помимо светила еще с ночи горело факельное пламя и начинало набрасываться на листья и траву. Наряду с лучами Солнца оно освещало смешавшуюся с грязью кровь, лежащие в высокой траве бездыханные трупы и перепуганных лесных зверей, бегущих от звона металла.
Поодаль от начинающегося пожара, под покровом теней леса сражались почти пять тысяч человек. Облаченные в ненадежную броню, обе стороны терпели чудовищные потери, однако знамен с ветром, раздувающим тусклое пламя, пока стояло больше.
В гуще сражения из всех бойцов выделялись двадцать человек в дорогих рыцарских латах. К этому моменту ничья броня не отблескивала благородной чистотой, а была покрыта царапинами и грязью, ибо ее владельцы не брезговали сражением — они находились в самом его центре, прорубая свой путь к победе и славе.
В свою очередь один рыцарь выделялся из всей двадцатки: его голова совершенно не была защищена шлемом, потому его лицо словно путеводный свет не давало ни одному солдату ордена Пламени Останков развернуться и бежать. По его клинку текла как кровь, так и магическая энергия, позволяя оружию разрубать сталь, а вторая рука создавала солнечно-светлый диск, способный сдержать атаки хоть десятка недругов.
Рыцарь тараном влетал в строй врага и прорывался внутрь, оставляя за собой дорогу из трупов и раненных, а его подчиненные надежно защищали спину магистра ордена.
— Иордан!
Обернувшись на зов, рыцарь успел уклониться от вражеского клинка и контратаковать. Противник рухнул наземь к остальным и перестал загораживать идущего к магистру воина.
— Спасибо, Кайн… — с тяжелой отдышкой ответил Иордан, опершись на меч и вытирая пот с грязного лица, к которому прилили светлые волосы и борода. Его солдаты как раз с удвоенной силой навалились на ряды противника, позволяя своему командиру хоть на мгновение перевести дыхание после второго часа битвы, — Ты не ранен?