Ловкий глаз авантюриста заметил вырвавшуюся из-под багровых одежд лоснящуюся от яда иглу.
Прыжок. Расслабившийся Гэб потерял Альто из виду, а меч глухо черкнул сцену — благо музыка заглушила звук. Лишь подняв глаза, он увидел, как шут, использовав мешковатые одежды как парашют, телекинезом подбросил себя в воздух и бухнулся на другом конце сцены.
Гэб доселе ни разу не видел новичка в деле и по привычке ожидал от того навыков уровня заурядного авантюриста, однако сложившийся образ начинал понемногу раскалываться. Здесь были не только скорость реакции, сила ног и будничное применение заклинания, но и полноценная оценка незнакомого снаряжения, окружения и развитое боевое мышление.
Само собой, это была и не самая быстрая и просчитанная атака Гэбриэла, однако неожиданный трюк заставил его впасть в секундный ступор. Секундный, однако достаточный для очередного колкого комментария Варфоломея:
— Ну и ну?! Неужто прыжок шута отразил колдовство гипнотизера в него самого?! И ему не помогла даже устрашающая маска, которая ему явно не принадлежит?!
Зубы Гэба звучно скрипнули. Ему было плевать на то, каким посмешищем его выставлял циркач перед несколькими сотнями зрителей, да и на мнение Варфоломея в принципе. Его волновала лишь преданность и покорность Альто, что уже начинала рушиться. Как минимум сейчас наемник воспринимал как первостепенный авторитет не своего старшего соратника, а какого-то циркового выскочку. Такими темпами он может начать своевольничать на каком-то важном задании, что может привести к повторению минувшей войны или чего похуже.
Рывок. В секунду оказавшись у новичка Гэб не сдерживаясь полоснул его мечем. Ничего. Пара пестрых тряпиц упала ниц. Новичок вновь приземлился поодаль спиной к зрителям, демонстрируя им дыру прямо на заднице.
По залу прокатился смех, не подобающий знати.
«Это не выглядит как уклонение в последний момент, нет. Это выглядит будто запланированная часть представления. — пронеслось в голове ошарашенного Гэба, — А ведь я рубанул со всей силы. А он умудрился подставиться именно так, чтобы рассмешить толпу и задобрить гребанного циркача!»
Рывок, удар, ничего. Лишь капли яда впустую разбрызгались по древесине.
Рывок, удар, шут приземляется поодаль.
Рывок, удар, рывок, укол, рывок-удар-рывок…
Каждый промах Гэба сопровождался издевательской тирадой Варфоломея. Каждый взмах клинка лишь отодвигал момент их выхода из цирка.
И вот наконец это доконало авантюриста. Он остановился в центре сцены и вновь начал извивать руки, создавая за спиной багровый узор.
— Прелестно! Шут отбегал срок действия заклинания, так что бедному фокуснику приходится колдовать второе! Интересно, на этот-то раз хоть что-то измениться?!
«Да. Многое измениться. Однако ни ты, ни кто другой в зале не сможет этого увидеть.»
Новый план был предельно прост. Ранее Гэбриэл не часто прибегал к этой технологии, ибо при неосторожности мог запросто навсегда попрощаться с клинком, и это ради получения крайне сомнительного преимущества. Однако тут, в закрытом помещении, посреди кружащихся конфетти и с целью не убить, а лишь оцарапать…
Взмах. Иллюзия взорвалась багровым пламенем и затмила сцену. Когда же она рассеялась… Взору предстало то же поле из пестрых лепестков, что и ранее. Толпа даже несколько поникла. Однако они не могли не заметить, что шут начал неистово приплясывать, хотя гипнотизер не сделал и шагу.
А вот со стороны Альто все не было столь радужным: взрыв иллюзии скрыл, как взорвался и клинок Гэба, разлетевшись на сотни мелких лезвий, что влились в пестрые потоки и стали почти неразличимы для глаза. На его костюме уже красовалась пара дыр. За ними — мелкие кровоточащие порезы. Яд начал движение по сосудам.
Гэбу же оставалось просто стоять посреди торнадо из металлических осколков и ждать, когда те наконец доконают его незадачливого попутчика и позволят с чистой душой покинуть осточертевший шатер.
— Если ты не хочешь останавливаться, то я заставлю тебя плясать свой танец до самой смерти! — вжившись в роль, Гэбриэл понизил голос звуковой маркой и торжественно вскинул руки.
— Невероятно! Гипнотизер способен и на такое?! — продолжал вещать Варфоломей, — Однако это значит лишь то, что заклинание оцепенения не подействовало на шута! А ведь именно в нем и была вся суть! Что же это значит? Что шут воистину победил?!!!
«Отлично… — облегченно выдохнул авантюрист, — Сейчас он объявит Атрато победителем, и мы спокойно свалим».