Повернулась. Оказывается, ко мне подошёл тот аристократ в блестящих, тёмно-зелёных одеждах, гармонирующих с его серыми глазами, смуглым лицом, с тёмными волосами. Одежда, в отличие от многих попадавшихся мне в столице аристократов, лишённая вышивки. Просто штаны широкие и рубашка с узкими рукавами, до середины бедра ему доходящая, опоясанная кожаным широким поясом с пластинами овальными из тёмного металла. Причём, я как-то сразу и не поняла, какой это металл? И бляшки на голенищах его сапог. Какой металл? Похож на серебро, но как будто черней… темней…
— У меня есть сестра, — сказал он серьёзно, небрежно откинув тёмные волосы за плечи, — И даже две. Победишь меня — найму.
Взгляд красавца и аристократа, точнее, двух аристократов, столкнулся. Как дубина на дубину у двух деревенских молодцов, прилюдно решившихся помериться силой ради невозмутимо щёлкающей семечки девки. И на глазах у собирающихся обитателей деревни, которым скучно и мало к вечеру осталось дел.
— А давай, — я усмехнулась.
Но вскоре пожалела о своих словах.
Гад двигался проворно. И наносил удары мощно, не жалея меня. Он быстротою мне напомнил Григория — у деревенских парней не случалось такой быстроты. Но вот Григорий не пытался меня достать. А этот, ухмыляющийся, пытался…
И по уху я от него огребла. Сильно.
— Сдаёшься? — он усмехнулся.
Я пыталась ногой его пнуть, по пальцам ног, но он извернулся.
— Да пошёл бы ты!.. — проворчала, раздражаясь.
Он не щадил меня. И, кажется, собирался взять измором.
И… и он бы выбил мне пальцами глаза… иль собирался прикинуться, будто выбьет…
Но тут меня подхватили за ворот руки, увлекли за собой…
И вот мы застыли, уже за углом стола от нападавшего. И, судя по слабому аромату душистых трав над моей головой, меня вновь попробовал спасти тот красивый незнакомец.
— Нечестный приём, — нахмурился мой соперник.
— А если б ты ей глаза повредил? — мрачно проворчал мой нежданный заступник.
— Хреновый, значит, из неё воин, — ухмыльнулся нападавший, выпрямляясь, одёргивая рубашку.
И мне вдруг примерещился звон. Как будто металл по дереву скользнул. Хотя… он близко стоял у столешницы, но не касался её. А металла не было около него.
— А если слабая она, мне такая в охранницы к сёстрам не нужна, — воин молодой развернулся ко мне спиной, уже потеряв интерес, прошествовал к своему столу. Вытер руки о полотенце, лежавшее у его подноса. Сумку свою, кожаную, с металлическими бляхами-нашивками подхватил. Достал из неё серебряный — кинул, не глядя, но стоявший за стойкой трактира поймал её в руки, особо не дёргаясь — перекинул лямку сумки через плечо и спокойно вышел.
Уже на пороге он был, когда вдруг, словно соткавшись из воздуха, появились подвешенные ножны к его поясу — с мечом слева и с кинжалом справа. Причём, узоры на ножнах оружия, как и его сумка… я не могла припомнить, чтобы в столице или на путниках я видела что-то подобное. И потому запуталась, откуда родом был тот маг. Да, маг, который спрятал своё оружие так, что оно даже во время боя оставалось невидимым. И… если у него при себе были и меч, и кинжал… он бы вполне мог меня убить, но не стал. Не захотел. Тогда зачем он вышел против меня в бою? Может, чтоб позлить вот этого красавца, вступившегося за меня?
Но… у этого смазливого нет сестры. Тот, возможный заказчик, ушёл. И меня, выходит, подставили?..
— Эй, кто ещё готов меня нанять?
Но мужики молчали. Эх, дело так не пойдёт.
— Что, трусы все? — громко заявила, — А просто так, силою померяться со мною, вам страшно?
Выполз тот подросток, сын мною ранее подбитого. Я в общем-то и взмокнуть снова не успела — подбила и его. Хотя, из жалости, приложила локтём в грудь. Мужскую гордость ему для продолженья рода сохранила. А то вдруг он там единственный сын? Или виноват во всём был этот красавиц, чей внимательный взгляд я случайно поймала?.. Ну, как-то при нём не солидно было совсем уж жестоко лупить моего юного соперника.
— Смеркается, — шепнул черноволосый своему спутнику.
— И что же, Син? — спросил тот, взгляда от меня не отрывая.
Притворилась, будто потеряла к нему интерес — и стала оглядываться в поисках своей сумки. Ага, вот, нашла. Валяется. Раскрылась в падении. Или нарочно мстители мелкие распотрошили. И коса моя вывалилась, на полу лежит.
Мрачно сощурилась. Подхватила косу. Присела на корточки — косу поверх колен — и быстро собирая рассыпавшиеся коренья, гребень, полотенце… Взгляд подняв мрачный — чтоб никто не подкрался со спины — увидела, что тот, кареглазый и красивый, как-то уж очень задумчиво смотрит на коренья, что обратно в сумку свою я собирала.