«Ой, какие большие камни! Что это?»
«Большие называют их горами»
«А до неба ты подняться сможешь? Я хочу пощупать его! Интересно, оно твёрдое или мягкое?»
«И я хочу!»
И он стал подниматься всё выше и выше… Но небо почему-то всё удалялось и удалялось от нас… Такое светлое, голубое-голубое небо! И эти… как их… горы! Горы вокруг нас… Такие большие-большие! И сверху них было что-то такое, сияющее, белое…
«Что это?»
«Большие называют его снег. Говорят, он холодный и колючий. Не хочу его трогать!»
«И я не хочу!»
Небо всё удалялось и удалялось… Мы взмывали, пока не начали замерзать… И, договорившись, что попробуем долететь до неба в другой раз, отправились смотреть окрестности… Горы, горы… Они вились как мамино ожерелье… Потом какие-то домики и маленькие существа вокруг них… И ещё… Что-то такое зелёное…
«Большие зовут это деревьями»
«И откуда ты всё знаешь?»
«Спать надо меньше! Я слушаю, о чём говорят большие, пока ты спишь»
«А ты… знаешь, что такое озеро? Я слышала, что оно приятное… им нравится в нём… как это? Купаться… Ты знаешь, что это такое? Я хочу попробовать!»
«А вот это птицы!» — бодро сообщил он, когда мимо нас пролетели какие-то крылатые и маленькие существа, совсем не похожие на него. Значит, он пока не знал… Пока…
Я смяла безрукавку над сердцем. Дыхание сбилось. Вообще, удивительно, как я умудрилась так благополучно приземлиться, выпрыгнув со второго этажа! Точнее, обычно я спрыгивала откуда угодно — и ничего. В родной деревне меня даже звали Кошкой. Но это виденье накрыло меня так неожиданно! И это чувство… я до сих пор ощущала тот восторг от плывущих мимо нас гор, лесов, городов… Я чувствовала его теплое дыханье надо мной…
Вообще, когда я была совсем маленькой, и деревенские дети обижали меня, то я кричала, что придёт мальчик, который плюётся огнём — и всех их побьёт или подожжёт. Вначале они смотрели на меня недоумённо, потом крутили пальцами у висков, потом просто смеялись. А тот мальчик так и не пришёл… И однажды, думая об этом, я вдруг поняла, что, возможно, он вообще никогда не придёт. Просто это мальчик из моих снов. Он живёт только там. И когда я подумала, что наяву никогда не увижу его, то мне стало безумно больно… Так, надо найти бочку с дождевой водой — и вылить себе на голову. Иногда это помогает…
— С тобой всё в порядке?
Молодой мужчина, черноволосый и сероглазый, одетый во всё чёрное, склонился надо мной. Полыхнуло светом. И я увидела пламенно-золотой силуэт вокруг него. Впервые такой вижу! Увы, в книгах, на уроках и в подслушанных разговорах учителей ничего про эти силуэты не было. А потому я боялась сама об этом расспрашивать.
— На мне узоров нет, и цветы не растут, — дружелюбно пошутил незнакомец.
Он был… какой-то другой. И у меня такое ощущение, что он бы мог мне объяснить что-то… такое… важное… только он не захочет это делать. А ещё… рядом с ним я вдруг почувствовала свой силуэт: то белый, то золотой. Я вдруг поняла, что есть нечто, что роднит меня с большинством людей. И при этом, я чужая им. Но у этого мужчины есть что-то такое, что есть во мне. Впервые такое чувство. Нахлынуло как лавина. Мне страшно захотелось попытаться разведать хоть что-нибудь. Пока он не ушёл.
— Вы… почему у вас золотой силуэт?
— Золотой? — он недоумённо приподнял брови.
— У всех белые или серебристо-белые, бело-серые. А у вас — золотой. Вы… почему вы другой?
На миг на его лице расползлось недоумение. Потом неудовольствие.
— Я не знаю, девочка. Не знаю, о чём речь. К тому же, у меня сегодня много дел, — и он, резко развернувшись, пошёл прочь.
Такое ощущение, будто единственная соломинка, держащая меня на поверхности воды, переломилась.
— Но ведь вы врёте! — отчаянно прошептала я.
Он резко повернулся ко мне. Отличный слух!
Мне примерещился на миг огненный круг в его руках. Потом всё вокруг залило светом. Меня страшно шибануло по голове. И тишина резанула по ушам. Как-то слишком тихо вокруг, хотя я извиваюсь от боли…
"Песнь Забытой" 4.2
Очнулась около окна. И никого вокруг школы не было. Даже птицы в саду зловеще притихли. И моросил мелкий-мелкий дождь, будто небо плакало вместе со мной. С трудом села, потёрла тяжёлую голову. Она раскалывалась от боли. Что же случилось? Я же удачно приземлилась. Только потом был тот незнакомый мужчина… Кажется, мы о чём-то говорили. И я что-то спросила у него. А потом — эта страшная боль. И мрак вокруг меня. Что я такого могла сказать? Что такого он мог сделать? Он… ударил меня? Но… почему? За что? Я о чём-то спрашивала у него, точно, спрашивала! Но… о чём?.. Этот маг из-за этого меня ударил? Такое ощущение, что это был магический удар… Яркий всполох света, такого же золотого, как и его силуэт… Я и сейчас, прикрыв веки и вспомнив о нём, вижу этот золотистый силуэт. А у меня… В моём белом иногда проскальзывает примесь такого же золотого… Только у меня другая магия… проще… Но его магия… такая мощная, что, кажется, я слишком легко отделалась. Если он ударил меня после того, как хотела что-то спросить, значит, не хотел отвечать. Что же я хотела спросить? Что меня так взволновало, что полезла с опасными расспросами к незнакомцу? Опасными… То, что меня волнует — опасно… Но в основном меня волнует только одно…