Я буду молиться о тебе, брат! И о нашей встрече. Я чувствую, что теперь есть надежда. Просто у меня такой дар: я чую самое важное. Просто я человек, который любит тебя и ждёт. Древние легенды часто говорят, что только любящий человек способен на чудеса. А значит, я смогу. Я смогу совершить своё чудо! И мне наплевать, какую судьбу выбрали за меня родственники-драконы. Просто я родилась, чтобы идти своей дорогой. Я это чувствую. У меня в этой жизни своя дорога. Я найду Акара! И обязательно найду её. Я не сдамся, даже если я — забытая своим народом.
"Песнь Забытой" 4.3
Я радостно закричала, во всю глотку. И сорвалась на бег. Я не могла прибежать туда, куда хотела, прямо сейчас, но теперь я обрела надежду, что когда-нибудь… может, когда-нибудь, брат услышит мою песню о нём… о том, что я жду его…
Сердце билось быстро-быстро от бега, бешено-бешено…
На ходу едва уклонилась, чтоб не сбить кустик незабудок, перекружилась вокруг него… и, следуя внезапному порыву, сорвала небольшую веточку с россыпью нежных цветов, наполовину распустившихся… таких крохотных, но таких нежных… голубых-голубых, нежно-нежно голубых, с милой солнечной сердцевиной… засмеялась, глядя на них: мне сегодня стало почему-то легко-легко… и побежала дальше, иногда отталкиваясь от деревьев, попадающихся мне на пути, иногда — перекруживаясь вокруг них… не сразу заметила, что лапти где-то потеряла. А как заметила, так не расстроилась. Только засмеялась…
Добежав до лесной реки, пробежалась по мелководью, разбрызгивая воду и смеясь… вновь перекружилась… заметив, что растрепалась уже коса, легко сняла с неё ленту, зажала между губ и, медленно кружась, разбрызгивая речную воду, расплела волосы, подняла рукой, встряхнула, пустила по ветру… Ветер набежал неожиданно, словно хотел поиграть со мной…
Я пробежала ещё немного, перекружилась, перехватив ленту в свободную руку… И, всё никак не в силах успокоиться, повела рукой с лентой… вправо… влево… медленно вверх, движение запястьем… перебирая пальцами, как будто веером, в такт брызгам вокруг моих ног… Подол намок, лип к ногам, прохладным был, но это было даже весело…
Я ещё продолжала медленно кружиться, ноги и стан почти неподвижны, но причудливо взлетают руки, одна с веточкой цветов незабудок, другая — с васильково-синей лентой… Я не сразу поняла, что это называется танцем… Я не знала этого танца, но он лился из меня. Как песня лилась незадолго до того… И, охваченная ветром и танцами, с крыльями брызг, разворачивающихся за мной, я была так счастлива… Кажется, впервые в жизни я танцевала так спокойно, в забытьи, отдавшись потоку… Движения приходили из ниоткуда… Тело, ноги мало двигаются, но словно бабочки, легко и грациозно порхают руки, летают тонкие пальцы… Я никогда не видела, чтоб кто-то танцевал что-то подобное, но танец лился из меня словно песня…
— Ёжики серые! Я и не знал, что она так умеет!
Застыла в движении. Медленно голову повернула. Пальцы разжались, отпуская цветы и ленту.
На том берегу стояли двое — Велимир и Лириард. Мой одноклассник был просто растерян, а вот напавший на меня недавно маг стоял так, будто его цепями оплели. Каменными. Будто его за ноги к земле прибили. И взгляд его…
— Эк вы засмотрелись, — ухмыльнулся парень, покосившись на него, потом рукой мне помахал, — Калина, глянь, твой танцевальный талант нашёл своего поклонника!
Но… Лириард напал на меня! И на Велимира! Память нам стирал! Этому так точно стёр. Главный маг страны напал на меня. Он… он, кажется сам не человек! Точно, у него, как и у брата золотистый силуэт, значит, он… дракон?! Почему главный маг Лысегорья — дракон? А король об этом знает?! Точно, говорили же, будто Лириард не стареет, хотя служит уже сколько-то лет Григорию…
Лириард, вздрогнув, очнулся. Посмотрел на меня уже осмысленно. Серьёзно.
— Калина… — начал он.
Чужим именем меня назвал. И он напал на меня, ещё сегодня…
Испуганно подхватила подол, кажется, слишком высоко, аж до колен, но, впрочем, это неважно. К ёжикам зелёным приличия и неприличия! Надо спасать свою жизнь! Я этого дракона боюсь!
И юркнула в лес. Вслед мне что-то кричали. И тот, страшный маг, и Велимир.
— О, только бы не догнали! — твердила, — Только бы не нашли!
И, спустя какое-то время бега, с губ моих сорвалось:
— Лес, укрой меня!
И почти сразу что-то юркнуло из-под ног… с хвостом пушистым… белка! А я, вскрикнув, поскользнулась, стала падать… В овраг скатилась, больно ударившись головой… под куст, росший на дне…
О, только бы не нашли!
И то ли примерещилось моей зашибленной голове, то ли ветки куста и в самом деле сомкнулись над моей головой…