— Что вы хотите сказать? — спросил Глинн.
Ну что ж, ты сам напросился.
— Подумайте, как выглядел батискаф, когда это существо исторгло его, — покачал головой Брамбелл. — Все оказалось сжато до размера шара.
— И?
Брамбелл раздраженно вздохнул.
— В детстве я гулял по Национальному Лесу Килларни с моим братом Симмонсом — упокой Господь его душу. И как два потенциальных натуралиста, мы собирали скелеты мышей и землероек. Мы знали, где их лучше всего добыть: недалеко от гнезд сов.
— Могу я спросить, к чему это лирическое отступление?
— Это гранула, — наконец, сказал Брамбелл.
— Что?
— Гранула. Как совиная. Боже, неужели вам требуются еще более прямолинейное разъяснение? — он махнул рукой, как будто сдаваясь, и пояснил максимально доходчиво для всех: — Это дерьмо.
31
Эту бомбу расфасовали на части очень изобретательным способом — все шесть элементов легко собираются в единое целое, — с ухмылкой размышлял Гидеон, осматривая ядерное оружие. Пять из шести частей находились на стеллажах здесь, в этом хранилище — запечатанные и готовые к сборке. Шестой же фрагмент — позолоченное плутониевое ядро — содержался в другом месте, его предполагалось установить в последнюю очередь с использованием специального оборудования.
Помещение находилось глубоко в недрах корабля, воздух здесь был спертым и слегка пах дизельным топливом, но Гидеона это не волновало. Он стоял и молча рассматривал составные части смертельного оружия, мысленно моделируя сборку. Основной корпус бомбы напоминал две половинки гигантского пляжного мяча, и он уже был оснащен низко- и высокоинтенсивными бризантными линзами. Инициатор находился в отдельной упаковке — имея размер меньше мяча для гольфа, он был дополнительно изолирован плотным слоем тяжелой свинцовой фольги. Детонаторы содержались в четвертом пакете, со всеми надлежащими проводами, они были готовы к установке в специальные медные пазы. В пятом пакете находился небольшой компьютер, к которому следовало подключить провода детонатора, и который, в конечном счете, и посылал сигнал детонации взрывному устройству.
Совсем скоро Гарза по приказу Глинна доставит сюда ядро плутония, и после этого процесс сборки будет быстр и прост. В ближайшее время бомба будет готова поступить на вооружение.
Эта комната была спроектирована таким образом, чтобы один человек, при помощи лишь роботизированных механических ассистентов с компьютерным управлением и потолочной лебедки мог собрать бомбу примерно за час. Еще час должно было занять тестирование. Гидеон был поражен этой изящной в своей простоте комбинацией, которой своими инженерными решениями сумел достичь Гарза: сборка бомбы выходила не более сложной, чем сборка мебели из «IKEA».
Лишний раз Гидеон задумался о том, сколько денег пришлось потратить ЭИР на то, чтобы приобрести эту бомбу.
Фактическое приведение ядерного оружия в боеготовность не произойдет, пока не придет время непосредственно его использовать. Его активируют по средствам кода «ARM», который необходимо будет ввести в компьютер с клавиатуры. Только Глинн, Гарза и Гидеон знали этот код — таковы были меры предосторожности. После этого обратный отсчет до детонации можно будет запустить простым нажатием клавиши на той же самой клавиатуре или с удаленного компьютера, который находился в Центре управления миссией и имел непосредственную связь с бомбой. Но бомба — как Глинн прежде объяснял — была также оборудована механизмом защиты. Существовал второй код — «ABORT» — который немедленно прерывал обратный отсчет.
Код прерывания также знали все те же три человека.
Гидеон нахмурился. Чем больше он раздумывал над этой мерой, тем меньше она ему нравилась. Его неприязнь к существу была отчасти продиктована ужасной и трагической смертью Алекс Лиспенард, но не меньше его беспокоили слухи, что разносились по кораблю: будто бы звуковые сигналы, издаваемые объектом, были некой формой общения; что, проведя годы на дне океана, он выучил единственный язык, который был ему доступен — язык синих китов — и теперь именно на этом языке он пытался с ними общаться. Если это так, это лишний раз подтверждало, что Баобаб наделен интеллектом. Это была не какая-то бездумная форма жизни, действующая исключительно на инстинктах, как акула — нет, эта тварь понимала, что делает.
Это было зло. И, похоже, оно умело мыслить. Даже слишком умно мыслить!
Но не каждый на корабле был настроен против этого Баобаба столь категорично: Гидеону совсем не нравилось, что Глинн и Гарза располагали возможностью отменить взрыв вводом комбинации. Положа руку на сердце, его не особенно волновал Глинн: несмотря на то, что он отказался активировать устройство аварийного сброса на «Ролвааге», Гидеон понимал, что теперь Глинн одержим идеей убить это существо. А вот Гарза… Гарза вызывал сильные сомнения. Разумеется, они все преследовали одну цель, но Гидеон видел, что главный помощник Глинна не столь решителен в этом деле. Что до него самого… после смерти Алекс и попытки этого существа установить контакт Гидеон начал смотреть на Баобаб, как на растущую на морском дне разумную и злую форму жизни. Он чувствовал, что уже не был тем человеком, который начинал эту миссию — тогда его глубоко беспокоила сама идея устроить ядерный взрыв, но не сейчас. Сейчас он понимал угрозу, с которой столкнулась вся планета. И понимал, что все может еще сильнее усугубиться, если эта тварь размножится и распространится, поэтому сомнениям не было больше места — ее необходимо было уничтожить.