Рот существа вел в никуда: ни глотки, ни пищеварительной системы, ни желудка, ни ануса. Он просто заканчивался другим кластером черных и полупрозрачных нитей. Может быть, это действительно была машина, — и если да, то, какого рода машина? Она разительно отличалась от всего, созданного человечеством.
Коллеги работали быстро, но точно, пока не расчленили все видимые органы и не взяли образцы всех тканей для дополнительных исследований. Как и при любом вскрытии, конечный вид трупа представлял собой полный хаос.
— Давайте перейдем к Уэйнгро? — спросил Брамбелл.
— Прежде, чем мы это сделаем, — сказала Сакс, — я стала бы чувствовать себя намного лучше, если бы мы прогнали останки этой твари через блендер и сожги их.
— Стоящая мысль.
Брамбелл открепил от пластиковой поверхности все ошметки, что остались от паразита, поместил их в небольшой контейнер и, наглухо запечатав, извлек его из-под колпака. Био-блендер измельчил останки до серой кашицы, а затем настал черед маленькой лабораторной мусоросжигательной установки — спешно закинув в нее образовавшуюся массу, доктор ее включил. Ученые услышали успокаивающий звук ожившего пламени, нежный рев горелки, гул вытяжки, удалявшей газообразные отходы с корабля. Процесс сжигания занял какое-то время, а затем устройство подало сигнал, что произошло полное сгорание.
— Посмотрим, что осталось? — спросила Сакс.
— Почему бы нет? — Брамбелл открыл дверь печи и вытащил контейнер. На его дне наличествовал небольшой круглый комок глубокого синего цвета — ни золы, ни песка, только мерцающий шарик стекла.
— Как любопытно, — протянула Сакс, подняв его с помощью пинцета и поднеся к свету. — Какой прекрасный цвет, — она положила все, что осталось от червя, в пробирку и запечатала, промаркировав ее для будущих анализов. Наконец, она повернулась к коллеге: — Доктор Брамбелл, я считаю, что труп нас заждался.
— И в самом деле.
Как только они подошли к телу на каталке, сработала сигнализация системы аварийного оповещения корабля: замигали красные огни, зазвучала сирена. Затем через динамики до них донесся голос. Потрясенный Брамбелл замер — это был первый случай использования аварийной системы на его памяти.
Внимание, всему персоналу! Внимание, всему персоналу! Образцы организма, доставленные на борт, похоже, сбежали из подготовительной лаборатории. Они, скорее всего, расщепились на множество мелких существ, похожих на маленьких змей с одним единственным зубом. Их следует считать агрессивными и чрезвычайно опасными. Всем сотрудникам предписывается оставаться настороже. Если вы заметите подобное существо, немедленно оповестите службу безопасности и держитесь от него подальше. Всему персоналу, не занятому жизненно важными задачами, надлежит немедленно — повторяю, немедленно — явиться на ангарную палубу для получения дальнейших инструкций.
Не говоря ни слова, Брамбелл поднял длинный нож и начал делать Y-образный разрез от мечевидного отростка до лобковой кости.
— Насколько я понимаю, мы занимаемся жизненно важным делом, так что идти нам никуда не надо.
Как будто в ответ на его слова раздался телефонный звонок. Сакс подняла трубку.
— Это Гарза. Он хочет видеть нас на ангарной палубе. Глинн требует краткий доклад.
Брамбелл с сожалением отложил нож. Пока, по крайней мере, о спокойной обстановке приходилось только мечтать.
45
Гидеон присоединился к Глинну и остальным лидерам миссии в дальнем углу палубного ангара. Глинн — который был занят срочной беседой с доктором Брамбеллом и Антонеллой Сакс — одарил его лишь рассеянным кивком. Золотой шар солнца медленно закатывался за линию горизонта, оставляя на небе рыжеватое свечение. Освещение палубы только что включили, и ангар буквально утонул в жутком желтом свете.
Палубный ангар был переполнен, всюду царило суетливое движение, звучали разговоры и напряженный ропот, чьи-то громкие увещевания и рассказы. Осмотрев толпу собравшихся, Гидеон искренне оторопел от глубины беспокойства — если не ужаса — которое испытывали все эти люди, их переживания буквально читались на лицах.