В отличие от Иэна Скотта, у Мика никогда не было неприятностей с законом, однако Бэнкс был уверен, что тот покупает у Иэна наркотики. При первой встрече Мик показался Бэнксу или смертельно усталым, или обкуренным, неприятное впечатление усугублялось безразличием к собственной внешности. Когда Бэнкс после воскресного обеда с Дженни зашел к Мику, родителей парня дома не было: они поехали навестить родственников, и Мик томился от безделья в гостиной, запустив на полную мощность стереосистему и слушая «Нирвану». На нем были драные джинсы и черная футболка с портретом Курта Кобейна.
— Что вам надо? — спросил Мик, приглушив громкость, и сел на диван, закинув руки за голову.
— Поговорить о Лиан Рей.
— Так мы уже говорили.
— Еще раз. Лиан была твоей девушкой, Мик?
— Нет. У нас были совсем не такие отношения.
— Она симпатичная девчонка. Неужто она тебе не нравилась?
— Нравилась, но так, чуть-чуть.
— А ты ей?
— Просто мы были еще мало знакомы. На некоторых нужно потратить время… ну… чтобы их обработать. Они не готовы после первой встречи прыгнуть с тобой в постель.
— Лиан была из таких?
— Вот именно.
— Ну а насколько далеко вы с ней зашли?
— О чем вы?
— Держались за руки? Обнимались? Целовались?
Бэнкс отлично помнил все этапы «обработки», как выразился Мик. После нежностей и объятий руки елозили по одежде, потом проникали под блузку, но лифчик оставался на месте. Потом лифчик расстегивался, руки замирали на девичьей груди… ну и так далее, до конечной точки маршрута. Если, конечно, был твой день. С некоторыми девочками переход от одного этапа к другому затягивался на целую вечность, другие позволяли опуститься ниже талии без обычной волокиты. Процесс походил на пересечение минного поля — один неосторожный шаг, и все. Значит, Лиан Рей завоевать было не так-то легко, это по какой-то непонятной причине доставило Бэнксу радость.
— Обнимались, но редко, даже и не помню когда.
— А в тот вечер в пятницу, тридцать первого марта?
— Нет. Мы же были с компанией, с Иэном и Сарой.
— Вы с Лиан обнимались в кино?
— Может, и обнимались.
— Так обнимались или нет?
— По-моему, да.
— А вы, случайно, не поссорились?
— К чему это вы клоните?
Бэнкс почесал шрам возле правого глаза и сказал:
— Я пришел, чтобы еще раз поговорить с тобой, и это, кажется, тебя беспокоит, но ты даже не поинтересовался, нашли мы Лиан, жива она, или мы обнаружили ее тело. И Иэн тоже…
— Так вы говорили с Иэном?
— Сегодня утром. И меня удивляет, что он сразу же не позвонил тебе.
— Да он, наверное, не сильно обеспокоился.
— Почему ты так думаешь?
— Не знаю.
— Дело, видишь ли, в том, что вам обоим следовало бы спросить меня о Лиан.
— Зачем?
— А зачем бы еще мне приходить к тебе?
— Откуда мне знать?
— И тот факт, что ты не спросил, наводит меня на мысль, что тебе известно кое-что, о чем ты не хочешь сказать.
Мик сцепил пальцы рук:
— Да я все вам рассказал.
Бэнкс, подавшись вперед, перехватил взгляд Мика:
— Все, что знаешь? А я думаю, ты врешь, Мик.
— Нет. Мы пошли выпить в «Олд шип»…
— Ты говорил, что после фильма вы пошли выпить кофе.
— Да. Но…
— Значит, соврал?
— Ну и что?
— Солгав однажды, ты можешь солгать еще раз. И чем больше практики в таких делах, тем легче врать. Что в действительности произошло в тот вечер, Мик? Почему ты скрываешь?
— Да ничего особенного.
— Вы с Лиан серьезно поссорились, может, подрались? Ты ранил ее? Может, это вышло случайно. Где она, Мик? Ты же знаешь. Я в этом уверен.
По выражению лица Мика Бэнкс понял, что он действительно знает, но не собирается признаваться. Уж точно не сегодня. Бэнкс чувствовал, что устал и выдохся, и в то же время злился на себя. Это он виноват, что расследование зашло в тупик. Сосредоточив все внимание на серийном убийце, он пренебрег основным принципом полицейской работы и не занялся вплотную теми, кто по стечению обстоятельств мог быть в курсе, что именно случилось с Лиан, — компанией подростков, с которыми она проводила время перед исчезновением. Ведь Бэнкс знал, что за фрукт этот Иэн Скотт, что он связан с наркоторговцами. Но нет же! Лиан под третьим номером была включена в список жертв неизвестного серийного убийцы — еще одна привлекательная девушка-блондинка, — и на этом дело застопорилось. Уинсом Джекмен чуть сдвинула расследование с мертвой точки, но и она придерживалась в основном официальной версии пропажи Лиан. Во всем виноват Бэнкс, только он, так же как и в выкидыше Сандры. Ему иногда казалось, что во всем, что ни произошло плохого, виноват он один.