Желания Бэнкс не загадал.
Он чувствовал себя усталым и опустошенным. Душевный подъем, наступления которого он ожидал после поимки убийцы, почему-то прошел мимо. Он не чувствовал, что все кончилось, что зло найдено и уничтожено. Каким-то необъяснимым образом он предугадывал, что зло только начинается, и постарался избавиться от этого мрачного предчувствия.
Он услышал мяуканье возле себя и посмотрел вниз. Это был тощий рыжий и довольно дикий кот. Их знакомство состоялось весной, после этого кот несколько раз приходил как раз в такое время, когда Бэнкс оказывался на этом месте поздно вечером. На вторую встречу Бэнкс принес ему молока, которое тот вылакал, после чего растворился в зарослях. Он никогда не видел этого кота в другом месте и в другое время дня или ночи. Однажды он захватил с собой немного кошачьего корма в порядке подготовки к визиту, но кот к корму не притронулся. Мяукнул, выпил молоко, потерся о ноги Бэнкса и скрылся там, откуда появился.
Бэнкс принес блюдечко с молоком и, устроившись поудобнее, стал наполнять свой стакан. Глаза кота горели в темноте янтарным светом, как будто проверяли, все ли в порядке, перед тем как начать пить.
Бэнкс прикурил сигарету и, облокотившись о стену, поставил стакан на ее шершавую неровную поверхность. Он пытался вытеснить из сознания все ужасные видения этого дня. Кот потерся о его ногу и скользнул в лес. Звучала виолончель Ростроповича, вплетаясь в странный контрапункт с дикой музыкой водопада Грэтли, недавно вздувшегося из-за весеннего половодья, и по крайней мере на несколько мгновений Бэнксу удалось избавиться от воспоминаний.
6
По мнению своих родителей, семнадцатилетняя Мелисса Хоррокс из Харрогита, не вернувшаяся домой с поп-концерта восемнадцатого апреля, переживала бунтарскую фазу переходного возраста.
Она была единственной дочерью Стивена и Мэри Хоррокс, посланная им провидением, когда Мэри было уже почти тридцать пять. Стивен трудился в администрации местной сыроварни, а Мэри работала на полставки в городском центре по операциям с недвижимостью. Примерно в шестнадцатилетнем возрасте у Мелиссы пробудился интерес к тяжелому року с элементами сатанизма.
Друзья успокаивали Стивена и Мэри, внушая им, что в этом нет никакого вреда и что это всего лишь юношеское увлечение, которое скоро пройдет; родители девушки тем не менее встревожились, когда она принялась изменять свою внешность, запустила занятия в школе и перестала посещать тренажерный зал. Мелисса перекрасила волосы в рыжий цвет, вставила в нос серьгу и стала одеваться во все черное. Стена ее спальни была сплошь увешана постерами с изображением костлявых поп-звезд с сатанинскими лицами, таких как Мерлин Менсон, и непонятными родителям оккультными символами.
Примерно за неделю до концерта Мелисса решила, что рыжие волосы ей не идут, и перекрасила их в прежний цвет, став натуральной блондинкой. Она упустила хороший шанс, позднее подумал Бэнкс: останься она по-прежнему рыжей, наверняка спасла бы себе жизнь. Это же обстоятельство навело Бэнкса на мысль о том, что перед похищением за ней не следили, а если и следили, то недолго. Хамелеона не интересовали рыжеволосые.
Харрогит, процветающий город в викторианском стиле с населением примерно 70 000 жителей, расположенный в Северном Йоркшире, считается идеальным местом для проведения различного рода конференций и, как магнит, притягивает к себе пенсионеров, потому не вполне подходит для проведения концерта группы «Яйца Вельзевула», но этому недавно сформировавшемуся музыкальному коллективу еще предстояло добиться заключения хорошего контракта с известной студией звукозаписи, поэтому они принимали любые приглашения, дающие возможность продвинуться по пути к музыкальному Олимпу. В городе конечно же раздавались обычные призывы запретить этот концерт, инициаторами которых были отставные полковники и городские зануды, которые к любой бочке затычки; вволю насмотревшись телевизионной чепухи, они забросали власти кучами писем протеста, но их кипучая деятельность ни к чему не привела.
Примерно пятьсот подростков, включая Мелиссу и ее подружек, Дженну и Кейлу, набились в переоборудованный для концерта театр. Концерт закончился в половине одиннадцатого, после чего три девушки немного постояли возле выхода, обсуждая только что увиденное шоу. Примерно без четверти одиннадцать они расстались и пошли каждая своей дорогой. Это был тихий теплый вечер, и Мелисса сказала, что пойдет домой пешком. Она жила недалеко от центра города, и большая часть пути до дому проходила по людной, хорошо освещенной Рипон-роуд. Позднее два человека подтвердили, что видели ее идущей в южном направлении к перекрестку Уэст-Парк и Бич-Гров. Чтобы выйти к своему дому, она должна была свернуть на Бич-Гров, пройти по ней, а затем, примерно через сто ярдов, сойти с нее как раз перед домом, куда она так и не пришла.