Выбрать главу

— Как она училась в школе? — задала очередной вопрос Дженни.

— Она была очень способной, — первым ответил Клайв.

— У нее по трем предметам были высшие оценки. Хорошие оценки тоже были. Только отличные и хорошие, — поддержала его Хилари.

— Она могла бы поступить в университет, — с гордостью объявил Клайв.

— Почему не поступила?

— Не захотела, — сказал Клайв. — Ей хотелось посмотреть мир, начать самостоятельную жизнь.

— Она была честолюбивой?

— Люси не была тщеславной, если вы это имели в виду, — ответила Хилари. — Разумеется, она, как все молодые люди, хотела самостоятельности, но она не думала, что для этого ей необходим университетский диплом. Мне кажется, роль диплома в жизни сильно завышена, или вы так не думаете?

— Да, пожалуй, вы правы, — согласилась с ней Дженни, у которой были степени бакалавра и доктора наук. — Люси была прилежной ученицей?

— Я бы не сказала, — продолжила отвечать на ее вопросы Хилари. — Она учила все, что надо было, чтобы переходить из класса в класс, но зубрилкой не была.

— В школе ее любили?

— Она, казалось, ладила со всеми детьми. По крайней мере нам на нее не жаловались.

— Не участвовала в травлях, драках?

— Нет. Правда, одна девочка говорила, что Люси ее обижала, обвиняла Люси в том, что она с угрозами требовала денег.

— И чем все кончилось?

— Да ничем. Это был просто наговор.

— Вы поверили Люси?

— Да.

— И поэтому ничего не предпринимали?

— Ну да. Раз они не смогли доказать ничего из того, в чем ее обвиняли.

— Больше никаких инцидентов не было?

— Нет.

— Чем она занималась после школы?

— Она не особенно любила спорт, но принимала участие в постановке нескольких школьных спектаклей. Это было здорово, ты помнишь, моя милая? — обратился Клайв к жене.

Хилари Ливерсидж утвердительно кивнула головой.

— У нее были сильные увлечения?

— Она натура увлекающаяся, и если уж что ей в голову вступало, то остановить ее было невозможно, но я бы все-таки не сказала, что у нее были особо сильные увлечения.

— А как она вела себя дома? Как вы все уживались?

Супруги снова переглянулись. В этом не было ничего необычного, но Дженни это немного насторожило.

— Отлично. Вела она себя тихо, как мышка. Никогда никаких неприятностей, — ответил Клайв.

— А когда она уехала из дому?

— Когда ей исполнилось восемнадцать. Она нашла работу в банке, в Лидсе. Мы не препятствовали.

— Да и вряд ли получилось бы, — добавила Хилари.

— А потом вы часто виделись с ней?

Лицо Хилари помрачнело.

— Она говорила, что не может приезжать сюда так часто, как ей хочется.

— Когда вы встречались с ней в последний раз?

— На Рождество, — ответил Клайв.

— На последнее Рождество?

— Нет, годом раньше.

Пат Митчелл тоже говорила, что Люси отдалилась от родителей.

— Значит, семнадцать месяцев назад?

— Да, так.

— Она звонила вам или писала?

— Писала хорошие письма, — сказала Хилари.

— Что она рассказывала вам о своей жизни?

— Рассказывала о работе и о доме. По ее словам, все было хорошо. Обычно.

— А о работе Терри в школе?

Очередной обмен взглядами был красноречивее многословного ответа.

— Нет, — отрицательно помотал головой Клайв. — Да мы и не спрашивали.

— Мы не одобряли, что она выскочила за первого парня, которого встретила, — пояснила Хилари.

— До Терри она дружила с мальчиками?

— Ни с кем не было ничего серьезного.

— Так вы думаете, она могла бы выбрать кого-нибудь получше?

— Мы не говорили ей ничего плохого о Терри. Он был добрым и ласковым, у него хорошая работа, перспективная.

— Но?

— Но в действительности он оказался совсем не таким, ты согласен, Клайв?

— Да. Все было как-то очень странно.

— Что именно? — заинтересовалась Дженни.

— Он, похоже, не хотел, чтобы она виделась с нами.

— А он или она когда-нибудь говорили об этом прямо?

Хилари покачала головой, ее дряблая, обвисшая кожа заколыхалась.

— Для этого не нужны слова. Мне это было и так понятно. Нам это было понятно.

Дженни сделала пометку в блокноте. Для нее то, что она сейчас услышала, было подтверждением сексуально-садистских отношений между супругами, которые она изучала в учебном центре ФБР в Квантико. Терри Пэйн начал с того, что изолировал свою партнершу от семьи. По рассказам Пат Митчелл, то же он проделал, чтобы отдалить ее от подруг.