В этот раз о «черепахе» не подумал никто — пытаясь увернуться от камней, Медведи запрыгали по склону, как зайцы по глубокому снегу. И добрых полминуты служили великолепными мишенями для дорвавшихся до своих арбалетов воинов десятника Глойна…
…Если бы злые, как демоны из преисподней, Медведи добрались до нашей «стенки», то неизвестно, чем бы закончился день — судя по проклятиям, которые до нас доносились, они бы вгрызались в наши щиты зубами и рвали бы нас голыми руками, даже находясь за гранью смерти. Однако тот, кто командовал войсками, увидев, как гибнут его элитные части, приказал трубить отступление! И готовые умереть, но стереть нас с лица земли меченосцы, закрываясь щитами, нехотя двинулись вниз!!!
…Следующие пару часов «черепаху» изображали мы — количество стрел, выпускаемых в нашу сторону делирийскими лучниками, поражало воображение. Стрелки, рассыпавшиеся по склону, расстреляли по нашей позиции колчана по четыре, а потом, получив команду отступить, унеслись вниз. Туда, где снова заревели трубы…
Опустив щиты и настраиваясь на бой, мы подошли к краю осыпи и посмотрели на лагерь делирийцев. А потом непонимающе переглянулись: судя по тому, что добрая половина армии стояла к нам спинами, четвертой атаки не намечалось…
Как оказалось через пару минут, атаковать наши позиции никто не собирался — вместо того чтобы бросить своих воинов в очередную атаку, его величество Иарус Молниеносный решил подстегнуть их боевой дух по-своему. Показательно наказав трусов.
…Сначала под рокот барабанов и душераздирающий рев труб в самый центр построения вывели группу из полутора сотен новобранцев, видимо, отказавшихся идти в очередную атаку, и заставили их тянуть жребий. А потом тем, кто не смог обмануть Судьбу, деловито отрубили головы. И, насадив их на копья, аккуратно расставили по внутреннему периметру каре…
— Все. Сегодня продолжения не будет… — пробормотал Пайк, заметив, что группа дворян, руководивших экзекуцией, удалилась в палаточный лагерь, а деморализованные состоявшейся казнью солдаты продолжают стоять на месте. — Воздействие на психику не закончено… Часть вторая — созерцание голов своих товарищей…
…А перед самым закатом за нашими спинами послышался постепенно усиливающийся перестук копыт, и из-за поворота ущелья вылетели первые всадники, одетые в цвета моего рода…
Глава 31
Граф Виго Меддлинг
— Разрешите доложить, ваша светлость? — заглянув в комнату, Гаски прикипел взглядом к прелестям лежащей рядом с графом девицы и, забыв, зачем пришел, судорожно сглотнул.
Покосившись на фигуристую, но до омерзения недалекую дочку хозяина заимки, которая, не понимая своего счастья, уже два часа тряслась и подвывала от страха, Виго раздраженно набросил на нее одеяло и, повернувшись к воину, зарычал:
— Ну, и что тебе надо?
— Ваша светлость! Вельс вернулся! Вы приказали доложить, как только он въе… — почувствовав, что начальство гневается, затараторил солдат.
— Хорошо. Сейчас выйду… — мгновенно забыв про неутоленное желание, Меддлинг спрыгнул с кровати и принялся одеваться.
— М-мне можно идти? — поняв, что графу уже не до нее, всхлипывая, поинтересовалась девица.
— Нет! — рявкнул Виго. И, закончив шнуровать колет, добавил: — Лежи и жди… Я скоро…
…При виде графа Вельс мгновенно вскочил с лавки и поклонился:
— Доброй ночи, ваша светлость! Простите, что прервал ваш сон…
— К чему эти извинения? Мы же не на королевском приеме? — фыркнул Меддлинг. — Не трать мое время! Давай сразу к делу…
— Как скажете, милорд… — воин пожал плечами и зачем-то подергал себя за мочку уха. — В общем, вернуться в Арнорд нам не удастся…
— Не понял? — нахмурился граф. — Это почему?
— На всех воротах столицы Элиреи, кроме городской стражи, дежурят еще и воины графа Орассара. Каждый желающий въехать в столицу демонстрирует вольную, подорожную или дворянский патент. А так же объясняет причину, побудившую его приехать в Арнорд именно в эти дни. Впускают одного из десяти. От силы…
— Ну, поддельных патентов у нас предостаточно… — усмехнулся Виго. — И с фантазией вроде бы все в порядке.
— Увы, милорд! Дворяне, которых воины графа Орассара не знают в лицо, тут же отправляются в Последний Приют. Где с ними беседуют королевские палачи. Говорят, что туда загремел чуть ли не посол короля Конрада Шестого…
— Хорошо! Что нам мешает въехать в него под видом каких-нибудь каменщиков, крестьян, торговцев? Согласись, без поставок продуктов и товаров первой необходимости город не проживет и недели!