Я действительно постоянно соперничаю, не только с Макаром, а вообще с каждым. Мне всегда важно быть первой, быть правой во всем. Порой это сильно мешает мне жить, но по-другому я не умею. Я хочу быть лидером, только тогда ощущаю себя на своем месте.
– Я не хочу быть слабой, и я в состоянии сама себя защитить. Мне никто для этого не нужен.
– Конечно, ты все можешь сама, – улыбнулась Амина, – никто этого не отрицает. Но знаешь, какой бы женщина не была сильной, ей нужен тот, кто будет сильнее ее, тот, на кого она сможет положиться в любой ситуации, тот, кто возьмет на себя ответственность за нее, решит все проблемы. Возможно, ты стала такой сильной и независимой, потому что тебе не на кого было опереться. Ты привыкла решать свои проблемы самостоятельно. И это неплохо. Мы все должны рассчитывать, прежде всего, на себя. Но ведь хорошо, когда рядом есть тот, кто подстрахует, тот, кто не даст упасть, тот, кто всегда будет на твоей стороне. Мы с тобой с детства дружим, ты всегда можешь на меня положиться, и я сделаю для тебя все, что в моих силах, но это не то же самое, что сильный мужчина рядом.
– Ты не пытаешься меня подавить, ты просто рядом, а этот сильный мужчина доводит меня до белого каления, лишает самостоятельности.
– А ты попробуй ради разнообразия не сопротивляться ему, а принять то, что он предлагает. В конце концов, не понравится, уйдешь. Силой никто никого не держит. Если без Макара ты будешь счастливее, чем с ним, что ж, значит, ты была права, и вы не подходите друг другу.
– Я и так знаю, что права. Мне не нужно давать ему зеленый свет, чтобы это проверить.
– Он зацепил тебя так же сильно, как ты его. Будь он тебе безразличен, ты бы давно выкинула его из головы, но у тебя не получается. Но и дать шанс этим отношениям не хочешь. Хотя Макар может оказаться тем самым. Ты уверена, что через десять, двадцать, сорок лет не будешь с грустью вспоминать о нем и думать, «а что было бы если…»? – И помолчав немного, тихо добавила, – все это время он спрашивал, как у тебя дела. Он не забыл тебя.
– Этот разговор стал слишком сложным, – покачала я головой, ощущая в груди что-то похожее на тоску. Амина сумела пробить брешь в моем намерении продолжать игнорировать Макара, но это не значит, что я сходу изменю свое решение. Нет, все останется как прежде.
– Прости, – улыбнулась Амина. – Я просто хочу, чтобы ты посмотрела на ситуацию немного иначе. И мне просто очень нравится Макар. Я уверена, что вы идеально подходите друг другу, хотя ты упорно утверждаешь обратное. Если не хочешь, мы больше не будем говорить о нем.
– Сучка ты, – попыталась я проглотить ком в горле. – Всегда найдешь для меня слова, которые даже мою черствую душу затронут. – Амина дотянулась через стол и сжала мою ладонь в молчаливой поддержке, и я решила сменить тему. – Как у тебя дела с твоим извращенцем?
– Все прекрасно, – она откинулась на спинку дивана и ослепила меня мечтательной улыбкой. – С Ярославом я ощущаю себя счастливой.
Я была рада за подругу, но сама чувствовала, что нахожусь в тупике. Мысли о Макаре продолжали терзать голову. Тянуло меня к этому болвану так, что сил нет сопротивляться.
– Давай выпьем.
– А мы что делаем?
– Я про настоящий алкоголь, а не этот лимонад. – Я отодвинула от себя «Секс на пляже» и взмахом руки позвала официанта.
Когда бутылка текилы была почти опустошена я, наконец, почувствовала себя лучше. Голова приятно потяжелела, и мир вокруг без навязчивых мыслей о бывшем стал выглядеть в разы привлекательнее. Но вероятно я слишком много выпила, потому что прямо сейчас мысли о Макаре материализовались. Он стоял прямо передо мной и улыбался. Поняв, что это не проекция моего пьяного сознания, я посмотрела на Амину.
– Ты сказала ему, что мы будем здесь?
– Я сказала только Ярославу, – заверила она меня.
Я перевела укоризненный взгляд на Ярослава, на что он лишь развел руками.
– Макар был рядом, когда Амина сообщила мне, что будет с тобой. Так что технически я ему ничего не говорил.
– Не рада меня видеть, девочка? – Макар сел рядом, тут же притягивая меня к себе.
– Ты удивительно прозорлив, – бросила я с сарказмом и попыталась выбраться из его объятий.
– А я думаю, ты мне врешь, – обжег он горячим дыханием мое ухо, заставляя стаю блядских мурашек пробежать по спине.