***
Четыре года назад...
Было лето две тысячи десятого года, совсем недавно я похоронила дедушку. На душе было так пусто и жалко, что я уже ничего не хотела в своей жизни. В то лето у Клер были серьезные проблемы дома, и приехать поддержать меня она не смогла. Лишь редкие, но долгие разговоры с ней по телефону частично выдергивали меня из паутины тоски.
Хотя рядом был Кевин. С ним мы познакомились перед моим поступлением в университет, это было лето перед началом занятий. Кевин один из тех людей с тяжелой судьбой, которому помог мой дедушка. Какое-то время он жил в нашем доме, и как ни странно, но мы с ним сдружились, Он даже думал, что влюблен в меня, хотя это осталось в прошлом.
Кевин родился в Мексике, будучи наполовину испанцем наполовину американцем вобрал в себя лучшее из двух наций: смуглая кожа, высокий рост, темные волосы, и такие пронзительные зеленые глаза, как у Клер.
Своих родителей он не помнил, мать умерла почти сразу после родов, а отец был убит в бандитской разборке, когда Кевину едва стукнуло три, его забрал к себе дядя по отцовской линии. С раннего детства Кевин работал, как ему казалось тогда разносил газеты и заказные письма. Но ему так казалось до поры до времени. Повзрослев он понял,что разносил не только газеты, но и спрятанные в них наркотики. Оказалось его дядя был правой рукой одного наркобарона, а Кевина использовал в своих целях. Узнав об этом, он попытался отказаться от такой грязной работы, но избив его, дядя заставил его замолчать и повиноваться ему. Еще очень долго он молча, стиснув зубы выполнял все поручения дяди, но он прекрасно понимал, что чем старше он становится, тем больше "работы" на него будут сваливать. И дело в конце концов дойдет и до убийств. Деньги в руки за товар Кевин никогда не получал, но однажды один крупный клиент расплатился через него, вручив крупную сумму денег. Не долго думая, Кевин бежал, пересек чудом границу, долго мыкался по штатам прежде чем набрел на моего деда.
Когда он бежал, ему не было и восемнадцати, он всего-то на год старше меня.Появившись в нашем доме, он совсем не выглядел на свой возраст, был очень худым, с давно залегшими под глазами темными кругами от недосыпа. Поначалу он сторонился всех, но я ощущала как ему нужен друг, как ему нужно рассказать кому-то о своей боли. Со временем он стал относиться ко мне с доверием и я услышала от него не одну душещипательную историю из его жизни. Я видела, рассказывая все это мне он не раз душевно колебался, считал это малодушием, но упрекнуть его в чем-то я не могла. Некоторые истории рассказанные им просто пробирали до дрожи, никто не удосужился дать ему хоть каплю своей любви, согреть заботой и теплом хоть на миг. На тот момент я была его единственным другом, естественно ему показалось, что он чувствует ко мне что-то большее, чем благодарность. Однако слишком близко я не могла подпустить к себе даже его.
Постепенно Кевин возмужал, из маленького забитого подростка превратился в красивого уверенного в себе парня. Он прожил у нас год, потом решил, что пора самостоятельно пробиваться в жизни, съехал на квартиру, устроился на работу, учился, вроде бы все начало налаживаться. Однако все чаще при встречах или разговорах по телефону в его голосе я улавливала нотки беспокойства. После недолгой осады признался, что в его группировке предательство так просто не прощают, что предателей ищут, и здесь в Кливленде тоже есть преступные группировки связанные с той откуда он родом. Он рассказал, что узнал где находится их логово и старается не появляться в том районе города.
Вскоре этот разговор выпал из моей памяти, так как внезапно умер дедушка и мрак боли с новой силой поглотил меня. Я была благодарна Кевину за то, что похороны практически полностью организовал он, мы с бабушкой были убиты горем. Снова замкнувшись в себе, я могла часами сидеть в своей комнате и смотреть в одну точку. В тот вечер мертвую тишину моей комнаты разорвал телефонный звонок. Я бы и не взяла трубку, но это был Кевин. Поднеся телефон к уху, я услыша пару быстро брошенных слов: " Прощай. Спасибо за все. Я тебя люблю!.."