— Это метка О’Кейнов. Если ты ее примешь, ты станешь частью нас. Если кто-то причинит тебе боль, он причинит боль всем нам. Кто-то оскорбил тебя? Он ответит за это перед всей семьей.
Эйс снова коснулся иглой ее запястья. Жжение ухудшилось, но боль казалась какой-то далекой. Ее сердце билось быстрее, когда Джаспер говорил, его слова перекрывали мягкое жужжание машинки.
— Ты будешь одной из нас, принцесса. Пока семья для тебя будет на первом месте, тебе не о чем будет беспокоиться.
— Я могу это сделать, — прошептала она, сжимая бедра. Боже, если бы кто-то ее коснулся, она бы уже была вознаграждена. Что бы подумал Джаспер, если бы раздвинул ее колени и заметил, что она возбудилась?
— Ты будешь принадлежать Далласу, как и мы все. — Джас погладил внутреннюю сторону ее не отмеченного кодом запястья. — Затем, когда ты будешь готова, ты сможешь принадлежать и кому-то другому.
Она встретила девушку в баре, которая носила тату, как ошейник вокруг горла. Любой, кто видел ее, знал, что ее присвоили. Более первобытный вариант обручальных колец, что носили в Эдеме, но с тем же значением. Женщина принадлежала своему партнеру.
И здесь мужчины, казалось, опасались злить своих женщин.
Эйс начал другую линию, и Ноэль впилась зубами в нижнюю губу, когда боль усилилась, и вместе с ней удовольствие.
Джас нежно освободил губу от укуса зубов и лизнул ее.
— Так лучше?
Теплые волны накрыли Ноэль, растворяясь в самом центре ее естества, как будто его язык дал ей разрешение чувствовать. Она стонала и выгибалась, а кожаные ремни, впивающиеся в ее руки, только усиливали наслаждение.
— Да, — захныкала она, наконец-то поняв слова Рейчел.
Это… это может вызвать привыкание.
Джас говорил, слова отдавались теплом на ее коже, но Ноэль их не слышала.
— Еще долго?
— Еще пара минут. — Эйс усмехнулся. — Ты грязная девочка, да, принцесса? Я даже не могу сказать, что тебе больше нравится, кожа или иглы.
И то, и другое, потому что одна вещь связала это все вместе.
— Джаспер. Мне больше нравится Джаспер.
— Не хнычь, — пробормотал он, снова лизнув уголок ее рта. — Не нужно хныкать. Я обещал тебе награду, милая.
— Что ты ей пообещал, братишка?
— Твой язык, для начала. — Рука Джаспера задела ее сосок под топом — Я подумал, что оставлю это тебе.
Она снова выгнулась, когда Эйс засмеялся, звук был темный и низкий.
— Скажи мне сразу, как далеко я могу зайти. И про пальцы тоже.
— Как угодно далеко, если это будет доставлять ей удовольствие. — В голосе Джаса зазвучала сталь. — Но держи свой член в штанах. Речь идет о Ноэль.
О ней. Все о ней, и она таяла при мысли об этом. Ноэль повернула голову и попыталась поцеловать Джаспера, но он придержал ее за спину и снова облизал ее губы.
— Когда Эйс все исправит, милая. Тогда я поцелую тебя, пока он будет трахать тебя своим языком.
Ноэль задохнулась.
— Это так грязно.
— Ммм. — Джас потянулся вниз, чтобы ухватить ее за ногу, его пальцы сжались на ее чувствительном бедре. — Ты можешь сказать ему не трогать тебя.
Он этого хотел от нее? Это была проверка на верность? Ноэль напряглась, но тут же поняла, что ее ответ был бы тем же самым в любом случае.
— Он может трогать, если ты хочешь.
Эйс прищелкнул языком.
— Если бы мое лицо побывало у тебя между ног раньше, ты бы говорила куда более уверенно.
Ноэль проигнорировала его и посмотрела в глаза Джаспера, мир плыл вокруг нее.
— Все, что угодно, если тебе кажется, что мне это доставит удовольствие. Я хочу этого.
Джас сжал пальцы на ее бедре, совсем чуть-чуть.
— Ты не можешь разделить эти чувства, да? Все, что я захочу — это чтобы ты кончила. — Он низко нагнулся и заговорил прямо ей в ухо. — Я хочу, чтобы у тебя были другие мужчины. Узнай, что тебе нравится. Получай и давай удовольствие, пока не решишь, хочешь ли ты остаться со мной.
В его словах было послание, о котором ей пришлось бы хорошенько подумать. Позже. Пока что она могла только кивнуть и попытаться расслабиться.
— Мне это нравится. — Если бы он скользнул по ее бедру вверх на пару дюймов, он бы увидел, насколько.
Но рука отступила.
— Открой рот.
Она повиновалась без колебаний.
Джас долго изучал ее, его взгляд не отрывался от ее раздвинутых губ. Наконец, он коснулся их пальцем.
— Соси.
Как будто одна из ее темных фантазий претворилась в жизнь. Джаспер, наклонившийся над ее связанным, беспомощным телом, отдающий грязные команды. Приказы, освобождающие ее от соучастия в собственном осквернении. Вздрогнув, Ноэль обхватила губами его палец и стала сосать. Она почти забыла об Эйсе, пока тот не зашипел: