Катая подобные мысли в голове, я ехал на выезд из города. Уже проехав несколько постов, я понял, что мне просто нереально повезло с погодой, потому что мало кому хочется мокнуть под этим снежным дождем, соответственно, и не остановили меня хотя бы для проверки документов только чудом. Это моё наблюдение в очередной раз заставило подумать, что что-то с этим моим телом точно не так. Не был я в прошлом мире таким безалаберным, здесь же — ошибка на ошибке и ошибкой погоняет. Хорошо хоть недолго осталось здесь жить, соответственно, и думать над этой проблемой уже ни к чему.
Место для будущего портала я подобрал в лесу километрах в семи от дачи Сталина. Ближе подъехать не рискнул, всё-таки особо охраняемый объект, и нарваться на какой-нибудь патруль или пост в неожиданном месте — как нефиг делать. Поэтому и решил не рисковать, тем более что здесь недалеко проходит железная дорога, сделать ответвление от которой к порталу труда не составит.
Есть у меня всё-таки надежда на плодотворное сотрудничество между мирами, и железная дорога в таком случае может очень и очень пригодиться.
С маскировкой машины пришлось повозиться, но спрятал более-менее нормально, надежно укрыв лапником. Когда её нормально присыпет снегом, есть надежда, что грузовик всё-таки дождётся моего здесь появления.
Первую часть работ по созданию портала вообще провел если не рутинно, то близко к тому. Для этого мне всего-то надо было напитать энергией определённый пятачок земли. Поразила лёгкость этого действа. Просто перешел на уже знакомый план в бестелесной форме и захотел собрать энергию, сразу переправив её в выбранный пятачок.
Вообще странное занятие, учитывая, что я все исполняю на ощупь, доверившись непонятным чувствам, подсказывающим, как все надо делать.
Перед последним этапом, ну или перед возвращением домой, прежде чем приступить к делу, я мысленно попросил всех существующих богов о помощи и только тогда начал действовать.
Перешел на план, где черпал энергию, оборвал нить, связывающую меня с телом в этом мире, и просто пожелал переместиться в свое тело в прошлый мир, где меня ждёт жена. Думал, снова будет подобие воронки или, может, другие какие спецэффекты, но нет. Мир мигнул, и я открыл глаза, встретившись со взглядом жены. Улыбнулся и хотел сказать что-то типа «я вернулся», напрочь забыв, что здесь время стояло, и не успел, потому что услышал голос Сталина, который произнес:
— Думаю, нам надо поговорить…
Глава 15
Как-то не подумал я из-за всех этих напрягов о необходимости объяснений с вождем. Да и нет в этом ничего удивительного. Всё-таки в своём желании побыстрее вернуться я действовал в условиях жесточайшего цейтнота. Соответственно, думать о каких-либо объяснениях было некогда. Поэтому на миг завис от этой фразы. Тем более, что в голове крутились другие мысли. По большей части о том, как справляться с мятежом, и запуске в работу портала. С последним в некотором роде тоже был цейтнот. Если я не запущу его в течение суток, то возникнут проблемы, решить которые в дальнейшем будет сложно.
Говоря проще, чем позже с момента моего возвращения я его запущу, тем меньше по размеру он будет. Сейчас в случае, если успею все сделать в течение ближайших суток, то через него вполне спокойно можно будет гнать целые эшелоны, на что изначально я и ориентировался. Если с этим протяну, то все может закончиться пшиком. Мало радости будет просто переходить из мира в мир, не имея возможности перетаскивать значительные грузы.
Все эти мысли пролетели у меня в голове со скоростью молнии. Я принимал решение как поступить в этой ситуации, что называется, на ходу. Наверное, поэтому непроизвольно решил взвалить тяжесть первоначальных объяснений на жену в надежде, что пока она будет рассказывать вождю что к чему, я успею активировать портал.
Я не удержался, подошёл к своей Насте, крепко обнял (соскучился со страшной силой), вдохнул запах любимой женщины и негромко, но так, чтобы меня все услышали, произнес:
— Родная, ты расскажи товарищу Сталину все, что знаешь. А я сейчас сделаю одно очень важное дело, а потом дополню твой рассказ.
Потом повернулся к Сталину, и обращаясь к нему лично, сказал:
— Разрешите я ненадолго отлучусь? Нужно, не теряя времени, сделать несколько распоряжений и решить некоторые вопросы, не терпящие промедления. Нам нельзя сейчас терять ни одной лишней минуты.
Я выдал все это на одном дыхании, стараясь обойтись в своих словах без конкретики, как-бы намекая на то, что ничего ещё не закончилось. Сталин и сам это понимал не хуже меня. Предполагаю, что ему захотелось поговорить о непонятках здесь и сейчас из-за определенного стресса, испытанного во время нападения неприятеля. Сейчас, правда, было не до выяснения отношений. Это подтвердил и Берия, который тоже спросил разрешения покинуть комнату и заняться неотложными делами. Он, кстати, очень забавно смотрелся, явно разрываясь в желании послушать, о чем будет разговор, и необходимостью заняться этими самими делами.