Вокруг играли и резвились дети. Однако, взрослые были более суровы на лицо. К тому же увидела одну женщину, которая рыдала, согнувшись пополам.
- Это из-за недавнего обращения. Её муж – один из санитаров. На него напали тени. Она осталась одна с тремя детьми. Мы все стараемся ей помогать, но горе берёт своё.
Как же так…
Не думала, что смогу ненавидеть этих тварей ещё больше. На мгновение у меня появилось желание стать санитаром, и перерубать всех этих монстров, что уносят жизни стольких людей.
- Многих забрала та ночь. Во время полнолуния мы бежим в лес и прячемся на деревьях. Те постройки, что ты видела – это наши убежища, – Нана вдруг стала безумно серьёзной, что шло в разрез с моим первым впечатлением о ней. Но оно и понятно, новости тут не из весёлых.
- Какой-то кошмар.
- Не переживай, правительство заботится о нас. Но всех уберечь никто не сможет. Такова жизнь. Наша задача помогать ей всем, чем мы можем, – да, согласна с ней, поддержка ей не помешает, – Ну а нам вон туда.
Нана показала мне на поворот. Он вёл на отдаление от общих хижин, которые, к слову, выглядели очень ухоженно. Чем дальше мы шли по улочке, тем отчетливее я стала слышать звуки наковальни и топора. Затем я увидела 4 домика, стоящие в одном ряду. Позади них было большое поле, на котором активно трудились люди.
- Здесь так красиво. Такая связь с природой, я просто поражаюсь.
- Да, мы стараемся не вредить ей, поэтому за соседней улицей мы начали выращивать деревья, которые пойдут на сруб, чтобы не трогать местных гигантов. Они ведь дают нам кров и спасение на время полнолуния.
Тут уж не поспоришь. Стало грустно от воспоминаний, как в нашем мире обращаются с природой иной раз.
Ха, выжмем всё, что сможем, а там хоть трава не расти. Мерзость.
- Вот наша хижина, я отношусь к числу фермеров. Надеюсь, тебе понравится это ремесло, и ты вскоре пополнишь наши ряды. В любом случае, тебе самой выбирать, кем быть, – она указала мне на крайнюю хижину, из трубы которой шёл дым, – я приготовила ужин, зная, что ты придёшь. А вот и Нарс.
Навстречу нам из-за соседних по улице домов вышел высокий мужчина. Он был чуть выше Яра, но выглядел не таким внушительным. Однако, что тот, что этот – очень красивы. Причем, исключительно по-мужски.
-Привет, я Нарс, твой будущий наставник. У тебя очень необычная внешность, – он широко улыбнулся и глянул на мои золотистые волосы, которые я бережно заплела в косу на бок.
Да, я действительно немного выделялась, все женщины, которых я видела в селе, были почти одинаковые и с некими чертами похожими на мужские. Более того, все имели почти одинаковый цвет волос – шоколадный. Менялся разве что оттенок. Но, думаю, это от выгорания. Ведь кто-то работал в поле целыми днями, а кто-то в кузнице. Даже Нана имела короткие темные волосы, неровно обрезанные по плечам.
- Спасибо. Так это ты будешь меня учить? – я с недоверием глянула на мужчину. Он выглядел так, словно не представляет опасности. Но почему-то он мне не нравился.
- Да. Яр сказал мне, при каких обстоятельствах ты сюда попала. Я понимаю твоё желание научиться владеть оружием. Надеюсь, ты быстро учишься. Я не снисходителен.
- Буду стараться.
-Ладно, оставлю вас наедине. Тебе надо привыкнуть к нашей жизни и освоиться. Через три дня ты должна будешь выбрать себе ремесло. Завтра Нана отведёт тебя в казарму. Начнём твою подготовку, боец, – мужчина махнул нам рукой и удалился, шаловливо поскрипывая кожаными лосинами.
Что-то с ним явно не так.
- Пошли, я дам тебе одежду. Покушаешь, отдохнёшь. Если захочешь поговорить о чем-то, я буду только рада.
- Мне приятно твоё понимание спасибо.
Мы направились в хижину.
Изнутри дом был обставлен просто, но со вкусом. Сразу же бросились в глаза большие самодельные полки, с разными видами трав. Видимо, Нана специализируется на травах. Только я хотела задать вопрос, как девушка тут же оглянулась на меня.
- О, если ты об этом, я выращиваю и заготавливаю растения для нашей повитухи. Мы редко болеем чем-либо. Зачастую, вообще никогда. Половина этих трав уходит на сок для подкорма детей, а другая – на веселящие напитки. Людям хоть иногда нужны праздники в жизни. Как видишь, сейчас не сладко.