- Вы что, совсем-совсем не болеете? Ну а если сложные роды, например, или какие-то хронические заболевания?
-Ха, ты о чём? У нас нет таких проблем. Родила в перерыве между работой и пошла дальше пахать. Всё достаточно жёстко, но раскисать не позволяет. Да и сильный у нас организм. А другими болезнями мы не поражаемся. Очень крепкое здоровье у всех. А стариков у нас мало. Разве что для них чего напасём.
Я поражалась всему, что услышала. Надеюсь, я не сдохну от первой же простуды, ведь полечить меня тут будет особо нечем. Разве что водой и святым духом питаться буду.
Нана дала мне пару комплектов рабочей одежды. Всё те же штаны и рубаха, правда, в обхватах поменьше.
Так я хоть немного похожа на девушку. Безмерно радует отсутствие платьев в повседневной носке. Не думаю, что в них было бы удобно работать. Однако, одежда вполне себе женская, да и очень чистая.
Девушка любезно позволила мне поглядеться в некое подобие зеркала.
И правда, чудище.
От дороги, волосы изрядно потрепало, но при этом, стоит заметить, выглядели они очень и очень здорово. Лицо и форма тела действительно не изменились, а вот ушки стали куда длиннее. В целом, образ был весьма симпатичный. Могло быть и хуже.
Откушала - таки мясной похлёбки с каким-то овощем, похожим на картошку, как я поняла, это и было то самое поньяки, про которое говорил мне Яр. Также отбила несколько словесных атак от Наны, которая усердно пыталась выведать у меня хоть немного о моём прошлом.
После трапезы девушка оставила меня с мыслями, за что я ей очень благодарна. Решила выйти на прогулку, пройтись по посёлку, при этом стараясь вести себя как можно тише. Вечер уже вступал в свои права. Дни летят просто один за другим.
В очередной раз наблюдала прекрасную картину горизонта. Невероятные переливы ультрамаринового, сиреневого, розового и синего смешались в единой целое. Красивые планеты гармонично смотрелись на небосклоне.
Детей на улице поубавилось. В домах же зажглись свечи и стали собираться семьи на ужин. Все дворики были такими ухоженными, с плетёными заборчиками, небольшими садиками и огородиками. Вся атмосфера была душещипательной.
Ветер так и колыхал длинные побеги травы, донося запах и шелест леса. Пройдя совсем не долго, я заметила хижину, в которой проводились тренировки рекрутов. Их было около пятнадцати, может двадцати. Все движения были слаженными и ловкими. Мне до этого далеко. Но не будем о грустном. Яр говорил, что где-то здесь есть библиотека. Надо будет туда наведаться.
А пока надо идти домой и подумать над тем, какой вклад я могла бы привнести в местное земледелие, чтобы как можно быстрее заслужить доверие односельчан.
Глава 6
- Привет, я уж думал, ты не придёшь, испугаешься, – Нарс как обычно белозубо улыбался. Я не заметила в его глазах удивления от моего появления, а его замечание отдавало сарказмом.
- Не на ту нарвался.
- Оу, ладно-ладно, не ешь меня только.
Очень смешно. Настроение не задалось с самого утра. Жгучие мысли не отпускали. Воспоминания о моём брате вчера все разом решили навестить мою голову. Пришлось хорошенько спрятаться, чтобы никто не видел моих слёз. Горечь на душе не отпускала до сей поры. Я скучаю по нему и по Арчи.
Как там Яр с моим другом, интересно?
-Ты не знаешь, когда Данияр вернётся домой?
-Домой? Думаю, он уже дома. Сюда же ему нет смысла приходить до полнолуния. Он санитар, но его мать осталась в главном поселении, подле дворца правителя, поэтому он пошёл к ней, – мужчина говорил это с некой иронией, а слова о том, что Яру не было надобности посещать эти края, Нарс почти выплюнул.
Как-то он не слишком любезен. Неужели он являлся другом Данияра?
- С чего начнём? – я попыталась сменить тему разговора на более актуальную.
- Сначала разминка. Мы пробежим до реки, наберём воды и вернёмся обратно, а потом ты покажешь мне, на что способна.
Чёрт, бег – это мой камень преткновения. У меня никогда не было предрасположенности к нему, и, если вдруг наш физрук умудрялся выгнать нас на дистанцию, я уже через пять минут выплёвывала свои лёгкие. Боль в боку меня, к счастью, не сопровождала, но вот дыхание подводило основательно. Я еле удержала вздох отчаяния.