Ближе к вечеру я всё же осмелилась выйти из хижины и отправиться на поиски Нарса. Предварительно захватив с собой подаренный кинжал и спрятав его в рукаве.
По всей видимости, людей уже предупредили, потому что все резко засуетились и стали доставать из погребов оружие. Я заметила некую особенность. Все мечи, что были выложены перед домами, были почти одинаковые и так похожи на тот, что доставал Яр тогда в лесу. Это было некое подобие катаны, но с мелким вкраплениями, углублениями в самом лезвии.
Тут моего плеча коснулась чья-то рука. От испуга я даже не заметила, как припустила кинжал из рукава, чтобы он оказался у меня в ладони, и замахнулась им, приставив к горлу нарушителя моего биополя. Мои глаза широко распахнулись. Мужчина поднял руки в знаке поражения.
- Яр! Это ты! Я так рада тебя видеть, – бросилась на мужчину с объятиями, от которых он явно опешил, но вскоре ответил на мою ласку.
- У тебя хорошая реакция, но смотри не убей никого ненароком, – он легко улыбнулся.
- Нарс сказал, что ты не появишься здесь до следующего полнолуния. Ты слышал, что произошло сегодня? – я затараторила и сразу постаралась вылить на мужчину тонну информации.
- Да, я всё знаю. Пошли, нам надо поговорить, а здесь слишком много ушей, – мужчина снял с себя мои руки и двинулся в сторону от села.
Мы прошли примерно минут пять, за это время мужчина не проронил ни слова. Как только мы вошли в его дом, он с грохотом захлопнул дверь и поспешил сесть на что-то устойчивое.
Выглядел он так, будто что-то произошло, пока мы не виделись.
- Яр? Что с тобой?
- Мой покойный отец был хранителем истории. Он жил в главном городе вместе с моей матерью. Когда мне было шесть, его убили. Перед смертью он завещал мне этот дом, стараясь отдалить меня от окружения правительства как можно сильнее. Вместе с домом я получил книги, которые он очень тщательно спрятал. Теперь они хранятся в подвале неподалёку. На протяжение пятидесяти лет я изучал каждую из них и понял уже тогда, что доверять в этом мире можно только себе и …
- Погоди-погоди. пятидесяти лет? Сколько лет назад умер твой отец?
-Более сотни лет назад… – вот это поворот, которого я точно не ожидала. Мужчина выглядел максимум на двадцать семь, - наш жизненный цикл отличается от вашего, поэтому практически во всех случаях мы умираем только не своей смертью. Тебе лучше присесть.
А вот это была уже непреложная истина. Присесть мне не помешало. С этого момента я стала более дотошно разглядывать смуглый профиль мужчины. У него были настолько правильные черты лица, что такой генетике позавидовали бы в нашем мире многие. Зачастую, на Земле даже если человек идеально красив, у него найдется хоть один изъян. Либо выпрыгнет нос картошкой, либо глаза косые, либо волосы жидкие. Хотя в основном это составляло индивидуальную особенность человека, его изюминку.
- Как ты уже поняла, я очень много читал в своё время в этом моё преимущество перед другими ратами. Книги в нашем мире запрещены начиная с дня смерти моего отца. Все последующие поколения совершенно не обучены грамоте, а те, кто жил раньше, молчат в тряпочку и не высовывают головы из своей норы, боясь, что правительство выкинет их теням в полнолуние. Это своего рода казнь, якобы не оставляющая следов крови на руках вышестоящих. Но проблема в том, что, когда ты умен и осведомлен, ты не так уязвим, не поддаёшься чужой воле и перестаёшь быть ведомым, потому что те, кто знают историю, начинают задавать вопросы, которые часто требушат потаённые уголки очернённых душ. Это именно то, что послужило причиной смерти моего отца. Правительство думает, я ничего не знаю и не догадываюсь, ведь мне было всего шесть лет. Но уже тогда я умел читать и мне не составило труда вникнуть в суть того, что произошло много лет тому назад. Я более, чем уверен, что это как-то связано с тобой, поэтому я покажу тебе книги, которые у меня остались, но никто не должен знать о них, кроме тебя. Сейчас мне нужно уйти с докладом о прибытии раньше срока, но мы встретимся сегодня вечером, – мужчина завершил свой монолог, от которого у меня по спине пробежал табун мурашек. Мне захотелось поддержать Яра, но я совершенно не знала, как это сделать, не сказав ничего лишнего, поэтому я просто положила свою руку к нему на плечо. Легче ему от этого не стало.