- Яр, пожалуйста, борись. Пожалуйста, хотя бы ты …
От отчаяния я закрыла глаза и приготовилась принять свою участь.
Поздно…
Это сон, это всего лишь сон…
Нет, мать вашу, это не сон!
Во сне не бывает так больно. Просто не бывает. Когда ты спишь, ты не чувствуешь, как твою душу раздирает на части тугой плетью. Ты не испытываешь и толику тех страданий, что сейчас хлещут меня по сердцу.
Я приношу следом за собой лишь смерть. Почему? За что? Судьба ведь не может быть жестока настолько, чтобы убивать в человеке жизнь, при этом заставляя его существовать с чувством вины и горечи за пролитую вокруг кровь.
Нет! Может. То, что сейчас происходит – прямое тому доказательство. Значит, я пойду против неё. Я не могу так просто умереть, жалея себя.
Я посмотрела на мужчину, корчившегося на полу, и мечтала о том, что могу сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить его страдания.
Бросилась к Яру, игнорируя его попытки прогнать меня.
- Отойди! Пожалуйста, не приближайся, - его голос уже мало походил на человеческий, но я не бросила попыток помочь ему, всё же справившись с верёвкой и изрядно поранив свои руки до крови.
- Борись, Яр! Посмотри на меня. Смотри. Всё будет хорошо. Пожалуйста, противься этой дряни, - я жалобно трясла его за плечи, брала его лицо в свои руки и пыталась поцеловать, чтобы хоть немного напомнить ему, что он не убийца, не животное, не чудовище.
Не работало.
Мужчина взвыл ещё сильнее и прогнулся в пояснице. Клянусь жизнью, я слышала хруст его костей.
- Нет! Яр, это же я – Мила. Пожалуйста, смотри на меня. Ты меня слышишь? – я билась в истерике и от бессилия, потому что в голову не приходило ничего, что могло бы хоть как-то замедлить его обращение.
В какой-то момент мужчина замер и закрыл глаза. Мне казалось, он умер, но потом он начал порывисто дышать, жалобно поскуливая.
Я обхватила его лицо руками и начала шёпотом звать милого мне человека, при этом успокаивая.
- Тише, тише, всё будет хорошо, - хотя успокаивала я скорее себя, чем его.
В моей голове мало укладывалась вера в то, что сейчас мужчина проснётся от этого жуткого кошмара и всё будет как прежде.
Я видела, как тяжело и быстро вздымается грудная клетка Яра.
Уже в следующий момент он приоткрыл рот от невозможности ровнять дыхание носом, и я увидела его удлинившиеся клыки, которые полностью заполняли всю полость.
Наступила кромешная тишина. Только отчётливо жалостливое поскуливание Яра раздавалось по всему помещению. Все остальные звуки просто перестали для меня существовать.
- Яр? Ты меня слышишь? – я осторожно позвала мужчину, чья голова покоилась у меня на коленях.
В следующее мгновение он открыл глаза. О боги! Они были налиты кровью, а при таком жутком свете имели лишь густой чёрный цвет. Даже так можно было разглядеть в них бешеный блеск. Даже вены вокруг глаз стали чернеть, а само его лицо приобрело синеватый оттенок.
Яр всё так же смотрел на меня и скулил, как провинившаяся собака. Но…он будто не видел меня.
- Я-яр…
Я зажмурила глаза и прижала к себе голову мужчины, роняя слёзы на пол и на его одежду. Двигалась, стараясь убаюкать его, но не выходило.
Вскоре я услышала утробное рычание. Мужчина впился в мои руки своими. Однако те были в разы длиннее и с уже появившимися когтями.
Я прижала его к себе ещё сильнее игнорируя струйки крови, стекающие в том месте, где на моей руке покоились его острые как бритва огромные когти.
Уже через несколько секунд рычание Яра приняло невероятно агрессивные нотки, и он забился ногами, ощутимо сдерживая порывы растерзать меня.
Я почувствовала, что не удержу его, и мне пришлось отпустить мужчину, отползая как можно дальше к стене.
Результат не заставил себя долго ждать.
Яр начал рывками биться на полу, извиваться, словно змея, после чего перевернулся со спины и встал на колени, одновременно опираясь на локти.
Я зажала рот рукой и зажмурила глаза, сдерживая очередные всхлипы. Жуткая боль от того, что я ничем не могу ему помочь, поразила меня с ног до головы.
Яр принялся рвать на себе кожу. Его длинные чёрные волосы, ранее заплетённые, разлетались по всему помещению. В меня прилетело несколько ошмётков его окровавленной одежды.