- Твоя душа – это огонь. Она горит так ярко. Обычное мирское счастье подпитывает её, горе же – сносит ветром. Но от слабых порывов она не тухнет, а наоборот воспламеняется ещё сильнее. Сила этого огня показывает ту степень боли, которую ты способна вытерпеть. Однако твой огонь может быть как спасением, так и погибелью. Если ты не научишься контролировать себя, то в пожаре погибнут все, кто тебе дорог, он поглотит и тебя. А если расслабишься, то малейший сквозняк сможет потушить тебя, и тогда ты станешь пустой. Пустую душу невозможно вылечить, - её голос отдавался эхом по всей округе, его перебивали разве что звуки пламени вокруг. Всюду были костры. С треском и искрами они вздымались под самое небо. Дышать становилось тяжело.
И в один момент все погасло. Сильная рука надавила на затылок, ударяя меня лицом об землю. Но боли не последовало. Раздались всплески. Почувствовав, что задыхаюсь, я вскинула голову – благо её больше никто не держал – и вынырнула из воды. Стоп, из воды?
Осмотревшись, обнаружила себя сидящей на коленках прямиком на водной глади. Бескрайней глади. Вокруг было лишь голубое небо и такой далёкий горизонт. Опустив голову вниз, наткнулась на своё отражение, вернее… Это не моё отражение. Оно улыбалось и двигалось. Это мой двойник? Не выдержав, дотронулась до него пальчиком, пуская по воде размеренные круги.
- Что это?
- Это ты. Что непонятного? – старуха по-прежнему была где-то чёрт знает где, хотя говорила, казалось, прямо за моей спиной.
- Но я здесь какая-то…
- Не такая, как сейчас?
- Да! Вот именно.
- А что изменилось?
Я ещё раз взглянула на своё отражение, поймав нежный взгляд. Такой любящий и такой…тёплый. Но смотрело отражение отнюдь не на меня, а куда-то сквозь. На кого я смотрю? Обернувшись, не обнаружила ровным счетом ничего. Другая я же звонко засмеялась и побежала в сторону, размахивая волосами. Дотянуться до неё я не могла, поверхность воды превратилась в стекло. Девушка в светлом сарафане пробежала мимо деревьев. Один из её локонов зацепился за торчащую веточку, а из причёски вылетел маленький цветочек…один из многих. Бутон подхватило ветром и понесло в мою сторону. Отражение менялось, будто от первого лица, и вот уже оно показывало мне небо и парящий на ветру цветок. Он всё приближался, пока я не протянула к нему руку. В этот раз гладь расступилась, кисть ушла под воду и дотронулась до цветка, доставая его с той стороны.
От воды нежно-розовые лепестки стали тяжёлыми и норовили согнуться под собственным весом. Такой знакомый цветок.
- Это же… сакура.
- Угу. Красивая, правда? – мужской голос раздался прямо позади меня. Сердце пропустило удар, от неожиданности я обернулась, но небо разразило ударом грома. Цветок выпал у меня из рук. Поднялась волна, которая накрыла меня с головой. Дальше лишь темнота...
Очнулась я на полу той хижины, в которой и начался весь этот парад галлюцинаций. Вдохнув полной грудью, сильно закашлялась, выпуская всю воду, которой успела нахлебаться в этом странном сне.
- Очухалась? – старуха что-то размерено теребила на полке, совершенно не обращая на меня никакого внимания.
- Что это было? – хрипло отозвалась я, пытаясь выровнять дыхание.
- Как что? Душа, конечно же, - ведьма говорила так, будто мы старые подружки и обсуждаем прошедший понедельник.
- Чья душа? – ответом мне была тишина. Бабка что-то ненавязчиво мурлыкала себе под нос, помешивая гадкую жижу в миске, - Ответь мне!
- Что ты хочешь услышать от меня?
- Чья это была душа?!
- Ты и сама знаешь ответ на этот вопрос, - она наконец отложила свои ведьменские дела и повернулась ко мне.
- Что? Но это же…Бабушка? Нет…Яр? Это был Яр? – старуха приложила руку к груди и противно засмеялась.
- Отвечай, старая ты карга! – я кинулась в её сторону ухватившись за костлявый локоть, - Он жив? Где он? – в ответ мне было лишь тупое ржание.
Твою ж мать!
- Отвечай, - в сердцах я сорвала повязку с её глаз.
То, что таилось под ней, вселяло ужас. Поросшие кожей глаза, через которые просвечивался побелевший зрачок с кольцом красных сосудов вокруг. Даже так её взгляд казался не только ужасающим, но и безумным, похожим на тот, что присущ маньякам или помешанным людям.